Большие дела

— Ну, из управления транспортной милиции, — поясняет капитан. — Он совсем недавно замом стал.

Транспортник — это интересно. Это кое-что да значит. Сердце ёкает, сигнализируя, что идея, которая приходит мне в голову, может быть неплохой. Хо-хо. Торопиться не будем, конечно, сначала всё обдумаем. Да и время ещё имеется. Да…

— Что же, — говорю я с улыбкой. — Признаюсь, разговор прошёл в гораздо более позитивном ключе, чем я изначально предполагал.

Он тоже улыбается. Вернее, усмехается.

— Но, — продолжаю я, — наверное должно пройти ещё немало времени, прежде чем мы начнём полностью доверять друг другу.

Полностью, конечно, никогда не начнём, но это и так ясно.

— Наверное, — соглашается он. — Тем не менее, я рад, что мы поговорили.

— Я… — начинаю я говорить, что тоже рад, но не успеваю, потому что на меня обрушивается настоящий вихрь.

— Егор! Ты что! Приехал и не позвонил! Нет, ну вы только гляньте на него!

Я вижу перед собой Галю. Не фабричную, а другую, самую главную Галю на земле, Галину Леонидовну.

Она стоит передо мной, уперев руки в бока и смеётся. Борис Буряце, сопровождающий её смотрит спокойно и практически без эмоций, лишь с лёгкой усмешкой.

— Галина! Какое счастье. А ведь я только прилетел. Вот только что, практически сию минуту.

— Нет, мне даже не позвонил, а сам тут вон с какими гренадёрами чаи гоняет! — оглядывает она Торшина-Лундгрена.

Он её, судя по всему узнаёт, поэтому уважительно кивает и в мгновение ока растворяется в небытии.

Галя с Борей присаживаются за мой столик и делают заказ тут же, как из-под земли появившемуся официанту. Пирожные, чай, кофе.

— Попался, Егорка, — смеётся Галина. — Ну, всё, теперь ты от нас не отделаешься, не ускользнёшь. Пока все соки из тебя не выпьем, не отпустим.

Она смеётся и, удивительное дело, с её появлением настроение ощутимо повышается. Мы пьём чай, лопаем пирожные и беззаботно хохочем. Казалось бы, беззаботность и я — это два противоположных полюса, учитывая недавние события, а вот поди ж ты, хохочем и, более того, радуемся и наслаждаемся жизнью.

Борис тоже смеётся и в этот раз предстаёт куда более понятным и даже компанейским парнем.

— Слушай, Борис, — говорю я, когда Галя уходит «попудрить носик». — Можешь мне помочь с одним делом? Мне паспорт нужен.

— Паспорт? — удивляется он. — Заграничный? Боюсь, это не ко мне.

— Нет, не загран. Обычный советский паспорт.