Большие дела

— Егор! Огзинга сикий! С ума сошёл! Ты на часы глядел?!

— Эй-ей, попридержи коней-то, душа моя! Ты чего материшься, как хлопкороб?

— Я только что уснула!

— Серьёзно? А чем занималась?

— Так, ты позвонил узнать, чем я занималась? Любовью! Что?

— Э-э-э… этого я знать не хотел, — усмехаюсь я.

— Я тоже не хотела знакомиться с твоей невестой.

Это, пожалуй, я комментировать не буду.

— Айгюль, прости, что потревожил твой драгоценный сон. Но я хотел бы уточнить, когда и куда.

— Послезавтра, — отвечает она.

 — Часов в двенадцать тебе позвонят и всё скажут. Посиди в номере. Ты с невестой приехал?

— Хорошо, понял, — игнорирую я вопрос про невесту. — Извини ещё раз, что потревожил. Сладких снов, дорогая моя. Ты сама приехать не собираешься?

— Нет, — недовольно отвечает она и вешает трубку.

Кажется, из дамского любимца я превращаюсь в того, кого все дамы ненавидят. Эх, лишь одна Галина Леонидовна мной довольна. Только она. Да и то не знаю, надолго ли… И, к тому же, с ней у нас точно ничего амурного не получится.

Я заваливаюсь в постель, а утром звоню Злобину и он, оправдывая свою фамилию, разговаривает со мной сердито. Я даже представляю, его традиционную улыбку, которая сейчас должна выглядеть довольно зловещей.

— Записывай адрес, — говорит он. — Это база биатлонистов. Они куда, во Внуково прилетают?

— Хорошо, это недалеко как раз. Пока поселишь их там. Сейчас, как раз, нет никого. Пусть тренируются, время впустую не тратят и никакого алкоголя, ясно? Питаться будут в стройбате, там часть рядом.

Вызовут на КПП майора Седова, и он всё организует. Это на несколько дней, а потом решим что-нибудь… И вот что, пусть особо не светятся, в глаза не бросаются. На базе есть старое ПШ, чтобы в нём ходили.

— Нет, генеральское. Какое дадут, пусть в том и ходят. Понял?

— Понял, спасибо большое. Потом я их переведу в другое место. Занимаюсь уже. Но есть ещё вопрос, завтра я ожидаю… сами знаете что.

— Много? — недовольно спрашивает он.

— Ну, пару-тройку ящиков, я полагаю…

— Завтра всё скажу, — говорит он и отключается.

Я набираю номер Игоря, расположившегося в соседней комнате, но раздаётся стук в дверь и я, кладу трубку на рычаг.

— Кто там? — недовольным голосом спрашиваю я, вставая чуть сбоку от двери, а то дверь тонкая, пуля прошибёт в один момент.

— Дед Пихто-нах, — отвечают мне с кавказским акцентом и я, узнавая голос, открываю дверь.

На пороге стоит Абрам.

— Ну? — говорит он сердито.