Большие дела

— Я думаю, отвечать надо асимметрично, — заявляю я.

— Это как? — хмурится Абрам.

— Во-первых, мы должны для себя решить, вступаем мы в войну или нет. Если нет, пытаемся сгладить ситуацию, договариваться, искать компромиссы. Если да, тогда действуем жёстко и отвечаем неожиданно и болезненно. Они отметелили Бакса, так? Мы тогда отделаем Шило, правильно? Как они, так и мы. Это симметрия. Если действуем симметрично, то просто отбиваемся. Но если мы воюем, то цель какая? Принудить врага к миру или разгромить?

— Разгромить нах! — говорит один из Абрамовских людей.

— Как бы самих не разгромили, — отвечает другой.

— На мой взгляд, — продолжаю я, — всегда нужно искать мира. Это выгоднее.

— Мы чё зассым что ли перед Ашотиком? — возмущается третий. — Если ты сам ссыкло…

— Э-э-э, — прерывает его Амир, — попридержи коней. Я видел, как Бро бьётся. Он вообще без башки, в натуре. Он точно ссать не будет, понял?

— Но, если воюем, — продолжаю я, не обращая внимания на эти комментарии, — значит наши действия должны быть не просто ответом, потому что в этом случае мы будем всегда в роли догоняющих.

Нужно давать такой ответ, чтобы они за жопу хватались каждый раз и никогда не знали, чего от нас ждать. Они нам Бакса ушатали и ждут, когда мы на Шило нападём. А мы пойдём и катран им спалим, например.

— А чё… — хмыкает тот, что не хотел ссать перед Ашотиком. — Ну ты ухарь в натуре. Нет, ну а чё, нормальный ход.

— Это только Мамука Георгиевич может сказать, нормальный или не нормальный, — отвечаю я.

 — От многих факторов зависит. Например, где у них точки, как охраняются и так далее. Если, как у нас, то это проблематично. Попробуй разгроми этаж в гостинице рядом с Кремлём. А если у тебя точка в заброшенном здании на промзоне, то это совсем другой вопрос, правильно? Опять же сколько там охраны, есть ли менты и так далее. И после такой акции точно не будет возможности замирить. Там уж придётся биться до конца.

— Так Ашотик и хочет до конца, — говорит лысый и все кивают.

Абрам внимательно смотрит на меня и размышляет.

— Ещё есть предложения? — спрашивает он и обводит всех взглядом. — Если нет, давайте, делайте, как перед этим договорились, а чем Ашотику ответить, я подумаю. Амир, задержись. Бро, ты тоже не уходи.

— Ну? — говорит Абрам. — Что ещё скажете?

— Важный вопрос, — отвечаю я, — как к этому менты относятся. Они его толкают или он сам инициативу проявляет? Если сам, то нужно будет им показать, что из-за его действий они будут нести ущерб.