Бомба для империи

То есть если противник сходит так, то его оппонент сходит эдак. А если противник сходит не так, а иначе, то и оппонент сходит по-другому. Но он будет готов и к первому ходу, и ко второму. Вольф Стейниц, первый чемпион мира по шахматам, два года назад выиграл первенство мира у молодого Иоганна Германа Цукерторта, просчитав партию вперед на двадцать ходов.

Всеволод Аркадьевич Долгоруков просчитал в своей партии все возможные ходы (во всяком случае, так полагал), но об этом, конечно, он никому не сказал. Зачем? Те, кто участвовал в деле, превосходно знали свои роли, но их роли были лишь частью всей задуманной партии, даже если эти роли сложить вместе.

Целиком, во всех деталях, задуманное Всеволодом Аркадьевичем не знал никто. Кроме него самого. А еще Долгоруков был готов к неожиданному ходу Луки. Ведь соглядатай в очках с золотой оправой знал, что на счет конторы Огонь-Догановского поступит два миллиона рублей. А ему отдадут из них всего триста шестьдесят тысяч. А остальные миллион шестьсот сорок тысяч? Куда денутся они?

Было понятно, что Долгоруков со своей командой строить железную дорогу Казань – Рязань не собираются.

Контора Огонь-Догановского после опустошения ее счета в банке испарится вместе с советником коммерции и второй гильдии купцом Самуилом Гольденмахером: подозрения останутся на нем и на человеке, получившем у Гольденмахера деньги по аккредитиву. К «Акционерному обществу Казанско-Рязанской железной дороги» будет одна-единственная претензия: в излишней доверчивости. Но статьи или примечания за проявление излишней доверчивости в «Уложении о наказаниях» не существует.

Так должен был подумать Лука.

Сева размышлял о складывающейся ситуации не однажды. Лука не только поразмыслит, что сделается с оставшейся суммой в один миллион шестьсот сорок тысяч рубликов, но и захочет завладеть ими – сомневаться в этом почти не приходилось. А это значит, что Долгоруков обязан быть готов к самому драматическому развитию событий.

Но должен быть готов и быть готовым – это совершенно разные вещи.

ВЕСТИ ИЗ РОССИИ, или ВЛАСТЬ НАД МИРОМ

Вскоре Густав отозвал Дембо в Цюрих. Причину он не назвал, да и не в привычках Густава было объясняться в своих решениях с подчиненными, пусть даже и родственниками.

Дембо приехал и уже в Цюрихе узнал об аресте Марты.

– Как это случилось? – с участием спросил он Густава.

– Это я у тебя должен спросить, как это случилось! – зло отреагировал на его вопрос Густав и так посмотрел на Исаака Вульфовича, что у того забурчало в животе.