Бомба для империи

– И что, собрать обратно невозможно? – участливо посмотрел на Севу собеседник.

– Думаю, невозможно.

Человек в очках сделал еще глоток:

– Тогда завтра, господин Долгоруков, вы получите по почте посылку. В ней будет голова насильственно убиенной девицы Елизаветы Матвеевны, совершенно не повинной в ваших махинациях. Убиенной практически вами. Вернее, вашим неумным упрямством. Потом, через малое время, поверьте, безвременно уйдет из жизни ваш друг и товарищ Самсон Африканыч Неофитов, умница, красавец и ловелас.

За ним следом отправится несгибаемый Павел Иванович Давыдовский, незаконно присвоивший себе титул графа и тем самым «подставивший» своего батюшку, который этот титул должен был получить законно по высочайшему волеизъявлению. Следом за ним отправятся к праотцам самый молодой из вашей компании Ленчик и самый старый – Алексей Васильевич Огонь-Догановский, папаша какового обыграл поэта Александра Пушкина в штос на двадцать пять тысяч рублей серебром. Как вы, полагаю, уже убедились, – человек в очках с золотой оправой мило улыбнулся, – мне о вас известно многое. Почти все. Равно, как известно все о вас и организации, интересы которой я представляю. Ну, а последним будете вы, милейший Всеволод Аркадьевич. Почему последним? – он снова улыбнулся. – Да чтобы перед смертью вас свел с ума страх и загрызла совесть…

Какое-то время Сева молчал. Спорить не имело никакого смысла. Было очень похоже, что все будет именно так, как говорит человек в очках с золотой оправой. Если, конечно…

– У меня будет к вам другое, встречное предложение, – тихо произнес Долгоруков.

– Позвольте, я достану для вашей организации деньги иным путем, – попросил Сева.

– Каким же? – перестал улыбаться человек в очках.

– Проверну новую крупную аферу, – ответил Всеволод Аркадьевич и посмотрел прямо в глаза собеседнику.

– Я думаю, это не устроит мою организацию, – не раздумывая, ответил человек в очках.

– Денег будет много больше, чем те, которые вез организации ваш человек, – твердо сказал Долгоруков.

– Насколько больше? – проявил некоторый интерес собеседник Всеволода Аркадьевича.

– Думаю, тысяч триста.

– Я один не могу решать подобного рода вопросы, – раздумчиво произнес человек в очках с золотой оправой. – К тому же деньги нужны нам к определенному сроку.

– Вся операция не займет больше двух недель… – продолжал настаивать Долгоруков.

– Я не решаю такие вопросы, – повторился собеседник.

– Густав, – последовал ответ. Правда, не сразу.