С одной стороны я понимала, что это моё заслуженное наказание за предательство, а с другой…
— Что случилось? — встрепенулась, когда шофер затормозил.
— Там человек без сознания, — дёрнулся мужчина к лежащей на полу фигуре, облачённой в жилетку работника.
Через тонированное стекло было сложно рассмотреть, что происходит снаружи, наверное, именно из-за этого, я даже и не поняла в какой именно момент, склонившись над несчастным, тот рухнул око него безвольной тушей. И тут же в салон автомобиля ворвалось трое мужчин в очках и капюшонах.
Один на место водителя и двое с обеих сторон от меня. Испуганно закричав, я почувствовала, как меня скрутили, закрывая рот рукой в кожаной перчатке.
— Держи крепче! — возмутился тот, который был слева от меня, — она слишком сильно дрыгается! Так я уколю не туда куда надо!
В его огромной руке появился шприц, я и завопила ещё сильнее прежнего, задыхаясь от собственного стона. Тело рвалось на свободу. Желало высвободиться, билось в конвульсивном припадке, но этого всё равно было мало.
Машина продолжала мчаться по изворотливой круговой дороги, поднимаясь всё выше и выше, а эти двое чужаков так сильно сжимали мою грудь и ноги, что мне казалось ещё немного и я услышу хруст собственных костей.
— Готово! — выкрикнул амбал, когда игла вошла мне в плечо, впрыскивая мне в кровь два кубика мутно-белой жидкости. — Теперь-то она перестанет брыкаться словно кобыла!
Ещё пару минут я продолжала оказывать им сопротивление, но потом перед глазами всё поплыло, и я поняла, что перестаю чувствовать собственное тело.
В носу стоял запах дешевых сигарет от сидящего позади меня мужика и этот проклятый запах заставил появившиеся перед глазами звёздочки вырисовывать удивительные круги, превращая их в шестеренки часов.
— Так-то лучше, — взял меня за подбородок тот, который делал укол, пытаясь заглянуть в глаза. — Приятных снов, красавица…
ДЖЕЙМС
— Если это похищение с целью выкупа, то вам стоит подняться туда, где есть мобильное покрытие, — предложил представительный детектив, отвлекая меня от созерцания места преступления.
Желтые ленты, красно-синие огни, криминалисты в перчатках, любопытные прохожие, сующие свои поганые носы в то, что их не касается. И посреди всей этой суматохи стою я — безразличный ко всему происходящему. Мой мозг отказывался поверить в происходящее. Отказывался принимать, что Даяну украли.
