Эта мучительная истина настолько крепко приросла к глубинам моего разума всего в нескольких сантиметрах от её неминуемого осознания, что стала напоминать мерзкую опухоль."
"Наверное, именно из-за этого я всё ещё на ногах. Наверное, потому так холоден и спокоен. Этот проклятый защитный рефлекс в одно и то же мгновение напоминал огромную дамбу, сдерживающую невообразимый поток рвущихся на волю эмоций и превращающую меня в бездушного робота. Казалось, что мне абсолютно наплевать на случившееся.
Что каждое моё действие и каждое слово — всего лишь иллюзия заботы, сухая необходимость, игра на публику, а уж никак не истинные проявления чувств.
— Сначала разберусь тут, а уже потом поднимусь, — сам не знаю почему, но мне совершенно не хотелось оставлять последнее место, где она была рядом со мной.
Блядь! Не знаю, как долго ещё продержится этот внутренний барьер, защищая меня от саморазрушения, но очень надеюсь, что до возвращения Даяны! Иначе… Иначе даже самому становится сложно предсказать последствия предстоящего срыва.
— Здесь вы нам уже ничем не поможете, — повернулся тот в сторону работающего криминалиста, — похищение спланировано профессионалами. Никаких лиц, никаких следов или окурков. По всей видимости, работали далеко не в первый раз и знают, на чем могли погореть. Перед тем как потерять сознание от шокера, ваш водитель видел только резиновую маску, а камеры слежения зафиксировали не более пяти секунд, за которые преступники сумели обезоружить его и угнать автомобиль с находившейся внутри девушкой.
От последнего слова всё внутри сжалось, превращаясь в поросший тернием камень:
— Предоставьте мне копии видеозаписи, я хочу знать, как это случилось.
— Не думаю, что вам будет легче, если вы это увидите.
— Неважно, — достал я из кармана визитницу, протягивая тому белоснежную карточку с адресом электронной почты. — Я хочу, чтобы на её поиски отправили всех, кого только можно! Не жалейте никаких ресурсов.
Люди, машины, телевидение, вертолёты — используйте всё!
Отступив назад, вышагивая в сторону стоящей около полицейского Эллис, я снова взглянул на часы. Одиннадцать. Уже целый час Даяна неизвестно где, неизвестно с кем. С мужчинами, которые могут причинить ей боль. Унизить. Сломать. Использовать. Зубы и кулаки сжались с такой немыслимой силой, что всё моё тело напряглось до вполне ощутимого треска. Ещё немного.
