О том, что я по карте вычислила монастырь, в который почти что мертвого принца отвезли на своей убогой телеге крестьяне. И имела долгую беседу с тамошними монахами.
Таким вот образом я вышла на Лунси. Который долго отказывался со мной общаться. Он живет в религиозно-культурном ансамбле парка Бэйхай набегами, основная же резиденция Великого мудреца — Храм Тайджи.
Чего мне стоило выманить Лунси на встречу с женщиной, о которой он был наслышан немало плохого! Пришлось даже Карла Маркса приплести! Поистине «Капитал» — великая сила! В теологии-то Лунси намного сильнее меня! Но я гораздо круче в политэкономии!
И основные принципы идеологии, известной в двадцать первом веке, из которого я загремела в Китай под названием научного социализма, заинтересовали великого философа.
Ведь именно идеи равенства и братства победили в итоге в Поднебесной, отправив ее императоров на свалку истории.
Мы с Лунси встретились, обсудили текущее положение дел, поговорили о будущем, потом вступили в переписку. В результате которой в монастырской библиотеке был откопан трактат по чань-буддизму.
Будда типа в каждом и не обязательно торчать безвылазно в монастыре, чтобы обрести нирвану. Эти откровения и обрушили на обритую голову бедного Мина. Признаюсь — моих рук дело.
Но вот Просветление путем секса — это явно перебор. Каждый ведь понимает откровения мудрецов в меру своей испорченности.
Я непременно должна рассказать Ран Мину всю правду! О том, что встречалась с Учителем. И прямо сейчас!
Встаю и иду разыскивать Хэ До, разгоняя по пути полусонных служанок.
— Проводи меня.
— Вы куда, госпожа? — отчаянно зевает мой евнух.
— Покаяться хочу. Я совершила очередной бесчестный поступок.
На самом деле бесчестный поступок я собираюсь, совершись сейчас, потому что крадусь глубокой ночью к холостому молодому и красивому мужчине. Якобы для философской беседы. Кого я хочу обмануть? Даже евнух что-то подозревает. Хмуро спрашивает:
— Куда это мы идем?
— Мне нужен священнослужитель.
— Тогда вам в Храм надо, госпожа! Это в другой стороне!
— Он недавно вернул монашеские обеты.
И в этом виновата я. Встала на пути человека к нирване. Непростительное свинство. Он должен принять решение осознанно, а не под давлением авторитета. Своего Учителя. И меня, бессовестной.
— А что, до утра это не ждет? Ночью спать надо!
— Боюсь, что моя совесть не проснется вновь с рассветом. Надо ловить момент.
Так, препираясь, мы с Хэ До доходим до дворца его высочества Ран Мина.
