Босс для разведёнки

Так что …

— Ты же не любишь театр, — огорошил свою помощницу за пять минут до окончания рабочего дня.

— Это ещё почему? Люблю, — тут же резко отозвалась она.

У нее болела голова, оттого её рука периодически взлетала к виску, но, опомнившись, она тут же возвращала конечность на место. А теперь после приглашения Кира на новую постановку у неё боль только усилилась.

— Три дня назад мы готовили программу праздника для моих спонсоров, — напоминаю очевидное и вижу, как Ева нервно закусывает нижнюю губу, осознавая свой провал в виде признания нелюбви к театрам.

— Ты когда скажешь Киру, что ты далеко не та девица, которую он придумал?

Тенева молчит, но и я не тороплю.

— Богдан Анатольевич, вам надо уменьшить дозу кофеина, иначе беда — галлюцинации и эректильная дисфункция.

В воздухе буквально звенело напряжение. Я явно утомил нашу малышку. Сейчас мне хочется видеть голубую сталь её глаз, так что приходится оторвать онемевший от многочасового сиденья зад и тащить его к столу помощницы.

— Ева, вас беспокоит дееспособность моего члена? — складывая руки на груди, усаживаюсь на дальний от нее угол стола.

Мои знания об моей подопытной говорят, что девушка на грани. Она прячет лицо за каскадом распущенных до плеч волос, что мне очень мешает.

Я тварь, которая питается её эмоциями, и этот финт с её стороны решаю устранить.

Наклоняюсь к ней через стол и в одно движение небрежно собираю волосы в кулак. После чего тяну назад, заставляя приподнять голову.

Наши лица совсем рядом, и я вижу убийственную голубизну злых глаз.

— Ваш член до вашего вопроса волновал меня меньше всего, но в данную минуту есть огромный риск вообще его лишиться.

Действительно, в её руке был зажат нож для открывания писем, и уверенность этого захвата говорила о серьёзных намерениях моей помощницы — покалечить меня.

— Вам не кажется, что это перебор? — намекая на холодное оружие, небрежно спрашиваю девушку, продолжая удерживать её волосы — мягкие, шелковистые, что меня отвлекает.

Вполне резонно, поэтому с ноткой сожаления отпускаю Еву и возвращаюсь на исходную позицию.

— Врушка, — добиваю её и поднимаюсь со стола.

— Я не лгу, — взрывается Тенева, выплёскивая своё негодование на мою спину.

— Лжешь. Постоянно и даже сама себе. В-руш-ка.

Последнее слово произношу по слогам, чтобы Ева точно расслышала.

Наверное, она мне этот нож сейчас прямо в спину между лопаток воткнет или чуть левее, чтобы сразу проткнуть моё чёрное сердце.