Босс для Алёнушки

Пока идёт процесс, нетерпеливо поглядываю на часы и постоянно подхожу проверить, достаточно ли просохла нежная алая ткань. А ещё каждый раз подозрительно принюхиваюсь... но ядрёный запах дорогого пойла Лебеды вроде выветрился.

В целом после сушки платье выглядит неплохо. Разве что кажется слегка помятым, но меня это сейчас мало заботит. К тому же по натуре я скорее склонна к практичности, а не к маниакальному перфекционизму. Так что недостаточная гладкость ткани - слишком незначительный повод для беспокойства.

Довольная собой, я отбрасываю полотенце, быстро натягиваю на себя простенькие бежевые трусики и собираюсь надеть лифчик... которого в ванной нет.

Вот блин. Куда ж я его закинула, когда раздевалась?! Так, спокойно, Алёна, спокойно. Надо просто сосредоточиться и вспомнить... Вечно у меня беда в незнакомых местах! Ориентируюсь сложно, как консервативный человек, живущий изо дня в день в неизменном бытовом пространстве.

Раздевалась я точно в ванной. Сняла нижнее белье, повесила на крючок в форме спирального завитка возле душевой кабины.

Ну точно!

Бабушка спрашивала, во сколько я вернусь домой и сетовала на Ваньку, который снова завис где-то со своим велосипедом и домой не забегал даже на обед. А вот Алисёнок вела себя на диво хорошо и не капризничала... Я ответила, что вернусь поздно, но с Ванькой перед сном серьезно поговорю. И по рассеянности оставила лифчик на столе возле телефона.

Досадуя на саму себя, я быстро иду в гостиную и сгребаю бежевый клочок ткани в кулак. Экран мобильника рядом снова светится от оповещения еще одного недавнего сообщения. Быстро просматриваю и с лёгким испугом читаю:

«Совещание закончилось. Я сейчас чистую одежду занесу. Новенькая форма горничной тебе будет к лицу.»

Бояров, блин! Раздраженно выдохнув, я торопливо набиваю ответ:

«Ненадо, мое платье уже в порядке!» - и с чувством нарастающей паники слышу, как за моей спиной открывается дверь в номер.

"Влажную от всё ещё мокрых волос спину холодит сквозняком. Оборачиваюсь через плечо, инстинктивно прикрывая грудь руками, и встречаюсь взглядом с потемневшими серо-голубыми глазами.

Босс стоит на пороге с приоткрытым ртом. И смотрит на меня так голодно, как будто неделю ничего не ел.

Мое лицо обжигает огонь смущения. Я, конечно, не девочка, но мужчина в моей жизни был только один.