"
"Наверное, это у моего босса особенность такая - держать идеальную маску безмятежности. Потому что я отлично помню, что даже при недавней лесной погоне он выглядел в основном таким же терминаторски ровным. И тогда, и сейчас разве что вежливо-скупой полуулыбки не хватает для полноты впечатления.
Осторожно дергаю плечом, надеясь, что он намек поймет и разожмет свою хватку. Но в ответ на мое движение его пальцы впиваются только крепче.
Ну и ладно! Это сейчас неважно, потерплю.
- Послушайте! - пылко начинаю я и, споткнувшись о мысль, что передо мной не маньяк, а босс, поспешно добавляю: - Максим Романович.
.. у меня очень срочное дело!
- Заткнись, - с такой убийственно-приятной вежливостью цедит Волчарин, что меня аж холодком опасности пробирает по всему телу. - Тебе крупно повезло, что у меня сейчас нет времени, чтобы вытрясти из тебя всe по максимуму. Я задам тебе три вопроса. Отвечать будешь либо «да», либо «нет».
- Но я...
Он слегка встряхивает меня за плечи, и мои зубы клацают, чуть не прикусив язык.
Вот гад!
- Первое. Ты знаешь Сергея Филина?
- Да, - сердито отвечаю я. - Но...
- Второе, - он снова меня встряхивает, вынуждая замолчать. И на сей раз я предусмотрительно и своевременно сжимаю челюсти покрепче. - Ты мутишь с ним какие-то незаконные делишки?
От изумления у меня тихо отвисает челюсть. Но в себя я прихожу быстро.
- Нет, но я...
- Третье, - безжалостно перебивает он, хищно впиваясь взглядом в мое лицо и явно выискивая на нем малейшие признаки фальши. - Ты в курсе его планов?
- Нет! - рявкаю в ответ.
А затем на волне возмущения этим инквизиторским допросом мстительно и совершенно по-детски топаю своей грязной кроссовкой по его элегантному чистому ботинку.
Всего на одно мгновение болезненно скривившийся Волчарин от неожиданности инстинктивно разжимает пальцы. И этого хватает, чтобы получить свободу и отскочить от него в сторону. Правда, ненадолго. Эта кошмарная «Горная сказка», словно какое-то заколдованное место, заставляет меня вновь пережить пугающее зрелище: высокий, сильный мужчина с опасно приятной маской лица приближается ко мне двумя широкими шагами.
И желание отступить еще дальше становится нестерпимым.
- Ой!
Под колени врезается жестковато-упругий край неудобного кресла для посетителей.
Взмахнув руками, я с размаху плюхаюсь на сиденье и мгновенно подмечаю, как по обе стороны от меня на подлокотники кресла спокойно ложатся две большие мужские руки. А сам Волчарин недобро щурится сверху.
