Божья коровка

— Понял, товарищ генерал-полковник! — вытянулся старшина.

— Разошлись, товарищи! — обратился генерал к глазевшим на них людям. — Инцидент исчерпан.

Толпа быстро рассосалась.

— Далеко летите? — спросил генерал у старшины.

— В Минск, товарищ генерал-полковник. Оба там живем.

— Знаю этот город, — генерал кивнул. — Воевал там в сорок первом. Никогда не думал, что и детям нашим доведется. Вот же суки косоглазые! — выругался он вполголоса. — И чего полезли? Ладно, старшина, бывай.

Он пожал руку пограничнику, повернулся и ушел.

— Спасибо вам, товарищи! Помогли.

— Да пожалуйста, — мужчина улыбнулся и спросил, понизив голос: — Тяжело на острове пришлось?

— Мясорубка, — старшина махнул рукой. — Там китайцев море полегло, но и нашим прилетело. Рассказать вам больше не могу — не имею права.

— Понял, — закивал мужчина. — Вижу, что билеты вы купили. Скоро самолет?

— Через час пятнадцать, — ответил старшина, бросив взгляд на циферблат часов.

— Помогу вам отвести товарища, — вызвался мужчина.

Путь до Минска Ан-24 преодолел за два часа. В самолете Сергей пришел в себя и посадку встретил в бодром состоянии.

— Наконец-то дома! — сообщил Борису, когда двигатели смолкли.

— Проспался, алкоголик? — хмыкнул тот в ответ. — Сможешь сам идти?

— Обижаешь! — улыбнулся друг. — Свежий, словно огурец.

— С патрулем опять не задерись, — укорил Борис. — Надо тебе было?

— Пусть не лезут к пограничнику, — сморщился Сергей. — Тоже мне, шурупы комендантские.

В ответ Борис вздохнул. Встречи в коллективах, благодарственные речи в адрес пограничников и восторженные взгляды девушек — все это повлияло на товарища не лучшим образом. Он почувствовал себя героем и начал пыжиться. С одной стороны, это было хорошо — перестал терзаться тем, что инвалид. А, с другой, грозило неприятностями. В Шереметьево едва не загремели под арест. Оскорблять патруль солдату не положено, да еще залив глаза. Комендантским наплевать, что ты герой! Куковали бы сейчас на гауптвахте…

Стюардесса пригласила пассажиров к выходу.

— Мы сейчас ко мне, — сообщил Сергей на пути к аэровокзалу. — Посидим, немного выпьем, возвращение домой отметим.

— Я к себе поеду, — попытался соскочить Борис.

— А тебя там кто-то ждет? — хмыкнул друг.

— Нет, — признался старшина.

— Возражений суд не принимает, — заключил Сергей.