Божья коровка

Жаль, конечно, Машу с Алькой, но они переживут. Сколько сгинуло солдат в Отечественную, и семей тогда осиротело? А теперь защитникам Отечества в Украине сносят памятники, в том числе своим же украинцам. Но зато ставят их бандеровцам. Эту вот нацистскую заразу нужно выжигать безжалостно.

Но вернемся к алкоголю. Оказавшись в теле пацана — юном и здоровом, Николай не захотел, чтобы тот пошел его стопами. Лучше уж не начинать. И ведь, главное, зачем? Просыпаясь утром, он ощущал переполнявшую его радость. Променять это на похмелье? Ищите дурака!

— Нам сошьешь такие? — попросила Клава.

 — Время теперь есть — ведь экзамены ты сдал.

— Хорошо, — кивнул Борис. — Только куртки не годятся. Сарафан или костюмчик из джинсы — юбка и жилетка. Летом жарко.

Взяв альбом, он нарисовал модели. Женщины их рассмотрели и решили: Ане — сарафан, Клаве — юбка и жилетка. Борис посмеялся — про себя, конечно. Сарафан он изобразил на стройной женщине, а костюм — на даме поплотнее, и подруги распознали в них себя.

— А теперь добудьте ткань, — предложил любовницам.

 — Синюю и плотную. Только не кримплен — хлопок сто процентов. Из другого шить не буду.

Женщины немного повздыхали — как же без кримплена, но, подумав, согласились. Ткань они добыли — явно «не фирму», но вполне похожую. Целую неделю Боря портняжил: обмерял, кроил и сметывал. Примерял, что получилось, а затем садился за машинку. Завершив, погладил вещи и вручил подругам. Те их тут же натянули и зависли перед зеркалом — то стояли, то крутились перед ним. Сарафан и юбка в стиле клеш развевались вокруг ног — стройных Анны и немного полных Клавы.

Но и те, и другие выглядели привлекательно.

— Блядь! — выразила свои чувства Клава. — Семь рублей всего за ткань отдала. Получила юбку и жилет, каких нет ни у кого. Это даром, если посчитать. Но фасон уж очень непривычный. Что нам люди скажут?

— Если женщины, то обзавидуются, — успокоил Боря. — За границей это писк — в смысле моды. А мужчины глаз не отведут.

Вдохновленные подруги приняли решение показать обновки в ресторане в День работника торговли.

А Бориса просто заласкали — причем обе сразу. Сам он предложить такое никогда бы не решился, ну, а тут — пожалуйста. Удивительно, но тройничок всем понравилось. Разложение морали в СССР, пусть всего в одной квартире, шло невиданными темпами. Все новинки в сексе дамы принимали на ура. Предложение побрить лобки их нисколько не смутило, как и видимые части ног. Сделать это предоставили Борису, чем он с удовольствием и занялся.