Божья коровка

Не сдавай его, пацан, ментовке, ведь закроют дурака. Обещаю, что к тебе не подойдет. Слово дяди Саши.

«Это их пахан», — догадался Боря.

— Вписываешься за него? — спросил.

— Да, — авторитет кивнул.

Борис отпустил руку хулигана и выпрямился. Бык поднялся на ноги и посмотрел на стоявшего с ним рядом законника.

— Извинись перед человеком! — велел тот.

— Дядя Саша! — возмущенно произнес амбал.

— Извиняйся! — пахан залепил ему подзатыльник.

— Ты прости меня, пацан, — пробурчал амбал. — Я это… виноват.

— Будь здоров! — ответил Боря.

— Товарищи! — обратился к окружившим их посетителем дядя Саша. — Виновный извинился, инцидент исчерпан. Продолжайте отдыхать. Пусть музыка играет.

Подойдя к сцене, он сунул что-то барабанщику. Тот подбросил палочки, поймал и ударил дробью по натянутой коже барабана. Гитары подключились. Ансамбль, как ни в чем ни бывало, продолжил с прерванного места. Посетители закружились в танце. На дядю Сашу больше не смотрели. Он воспользовался этим — быстро наклонился, подобрал что-то с пола и спрятал в карман.

«Нож прибрал», — догадался Боря.

— Долг за мной, — сказал, подойдя к нему авторитет. — Если борзые вдруг наедут где-нибудь на улице, говори, что за тобою дядя Саша. Враз отвалят. Как зовут тебя?

— Там! — указал Борис на стол.

— И еще немного подогрею, — сообщил пахан. — Будь здоров, пацан!

Он ввинтился меж танцующих и скрылся с глаз. Борис направился к столу — танцевать ему больше не хотелось. Сесть, однако, не успел.

— Боря! — подозвала Алексеевна.

— Да пристал один дурак, — сморщился Борис. — Не ко мне, а к Клаве. Я его немного приструнил, он и извинился. Тем и завершилось.

— Хорошо раз так, — сказала Алексеевна. — Не хватало нам милиции и протокола. Ладно. Мне костюм сошьешь?

— Как вы догадались? — удивился Боря.

— Тоже мне бином! — улыбнулась Алексеевна. — Помню, как впервой тебя увидела. Был одет в жилетку, как у Клавы, а мне сказал, что сам пошил.

— И сошью! — пообещал Борис. — Только никому не говорите. Ведь заказами замучат.

— Не скажу, — пообещала Алексеевна. — Мне самой не хочется ходить как все в одном наряде. Но пошей не так, как у девчонок, мне светить ногами не к лицу.

— Понял, — сообщил Борис. — Скромно и с достоинством.

В этот миг среди танцующих показалась Клава. Разглядев Бориса, подошла к нему.