Божья коровка

Лекарство против морщин, — процитировал военком слова из песни. — Ладно, капитан. Говорят, готовят документ, вроде, разрешат брать вас на контракт. Как получим, позвоним. Рапорт в канцелярии оставь.

Документ приняли, Лосев подписал контракт. И нарвался дома на скандал.

— И куда тебя несет! — ярилась жена. — Мало кровушки своей пролил? Молодые пусть воюют.

— В том дело, Маша, молодые, — отвечал ей Лосев. — Что они умеют? Гибнут ведь зазря. Я Чеченскую прошел, Цхинвал и Сирию. Нас так просто не возьмешь. Кто должен защитить тебя и Альку.

Пацаны не сдюжат. Украина лишь начало, дальше примутся за нас. Ну, и денег заработаю, платят хорошо. Альке помогу с учебой — дорого в Москве студентке.

— Ведь убьют же дурака, — всхлипнула супруга. — Как мы будем без тебя?

— Компенсацию заплатят, — успокоил Лосев. — Деньги там большие, вам надолго хватит.

— Был ты дураком, и им остался, — плюнула жена. — За кого я замуж вышла?..

Попрощались, впрочем, хорошо. Николай обнял жену и дочку, обещал звонить и убыл по команде.

Их, таких как он, повоевавших ветеранов, набралось немало. В части встретили их хорошо, Николаю сходу дали роту. Позже он узнал, что с началом операции ротам придавали в помощь ополченцев из Донбасса — тех, кто посидел под пулями. Молодым российским офицерам и контрактникам не хватало боевого опыта, оттого несли ненужные потери. Ветераны помогли их сократить. Замом Лосеву назначили старлея, он учил его и молодых контрактников тактике и практике боев за город. Получалось хорошо, вон Попасную как ловко взяли.

Там он и нарвался… Правильно жена сказала, что дурак, не смог привыкнуть к подлости противника. Убивать детей и женщин, чтобы нанести удар по «русским» — это не вмещалось в голову. Потому попал в ловушку…

Прибежал сержант из третьего взвода.

— Товарищ капитан, — доложил взволнованно. — Там, в подвале, женщины и дети. Выбраться не могут, выход заминирован. Укры их о том предупредили. Мы и сами видели. Там растяжка на дверях висит, скотчем примотали.

— Что ж, веди, — ответил Лосев…

Для начала вызвали сапера, чтобы снял растяжку. После крикнули засевшим, чтобы выходили. Дверь в подвал открылась, показалась женщина с ребенком на руках. Перед ней шла маленькая девочка, лет, наверное, трех — грязная, чумазая. За ее спиной виднелись и другие дети. Николая укололо в сердце. Девочка была совсем как дочь, ну, когда той было столько. Бросившись вперед, он взял ее на руки. Девочка ручонками обхватила его шею.