Следовательно, на инициативу герцога я ответила с не меньшим задором, напрочь забыв о том, что он мне вообще-то чужой человек, мы еще ничего не решили в наших отношениях (ну ладно, это я ничего не решила, Венес, как раз — таки обозначил свою позицию довольно однозначно), сейчас мы, предположительно, играем на публику (иначе с чего вдруг такие странные побудки?), а мне это не нравится, и вообще, у меня зубы не чищенные!
Голова ожидаемо закружилась от нехватки воздуха, и меня потянуло в сторону подушки со страшной силой.
Так как у меня и мысли не было разжимать захват на шее у герцога, то его я утащила за собой. Впрочем, он, кажется, нисколько не возмутился вынужденной сменой положения. Наоборот, что-то довольно пробормотал мне в губы, и уже не стесняясь, стал оглаживать удачно подставленное бедро и талию, с удобствами разместившись рядом со мной. А я мимолетом порадовалась, что на мне эта чертова пижама, что не давала мне нормально уснуть полночи, вместо привычной сорочки.
Немного запоздало начала осознавать, что все заходит слишком далеко.
И вообще, прошло уже достаточно времени, чтобы наблюдавший, не только увидел «представление», но и как минимум закашлял, обозначив свое присутствие. Ни покашливаний, ни характерного стука тела об пол, свидетельствующего об обмороке, не было. С большим трудом прервала поцелуй и мутным взглядом прошлась по комнате. Никого. Более того, в замочной скважине наблюдался ключ, положение которого, говорило о том, что комната закрыта, и войти в нее никто не мог.
Моргнула пару раз, пытаясь сообразить, какого черта? Ни к чему толковому не пришла и перевела взгляд на единственного, кто мог разъяснить ситуацию. «Единственный» тяжело дышал, и по инерции, видимо, продолжал оглаживать. То ли вид у меня был недостаточно красноречивый, то ли герцог, после поцелуев, соображал так же туго, как я не выспавшись, но поглаживания продолжались, а вот ответ, на невысказанный вопрос, запаздывал. Поняла, что мысли тут мои читать никто не собирается, и озвучила интересующий, я бы сказала, животрепещущий, вопрос, неожиданно низким и хриплым голосом:
— Какого черта?
— Ты о чем? — откровенно не понял герцог и, о чудо, прекратил меня лапать.
Даже на локте приподнялся и внимательно уставился, будто боялся, что у меня с головой не все в порядке.
— Ты потребовал поцелуй, чтобы его увидел кто-то, кто вошел в комнату. — терпеливо разъяснила. Да я прямо ангел! С таким-то терпением. Так, где мой нимб? Тащите сюда, сейчас начищать буду.
