Я сразу прониклась серьезностью момента. — Как я уже говорил, монахом я никогда не жил. Смею предполагать, что на балу, да и в городе тебе могут встретиться… — он долго подбирал подходящее слово — синоним для определения «любовница».
— Твои любовницы. — подсказала я с усмешкой. Он кивнул. — И много?
— Эм. — замялся он, а мне сразу стало не до смеха. Перед глазами встала картина, как я, одна, бедна и несчастная, пытаюсь скрыться от полчища кровожадных девиц, желающих разорвать меня на пособие по анатомии. Что там герцог говорил про охрану? Кажется, мне не столько нужно бояться злоумышленников, сколько пассий своего «дорогого супруга».
Я с ужасом сглотнула вязкую слюну, пребывая под впечатлением от увиденной картины. — Все не так плохо. — засмеялся он тихо, видя мое состояние. — Основная часть уже давно в прошлом, но из женской вредности, полагаю, могут отнестись к тебе неласково. Готовься держать стойкую оборону от шпилек и колкостей в твой адрес. Я говорю это для того, чтобы ты не очень расстраивалась, если услышишь нелестные высказывания на твой счет за спиной.
Это не относится к тебе напрямую, так что не обращай внимания.
А, ну к этому мне не привыкать. Уж к чему, а к сплетням и «шпилькам» в свой адрес я давно привыкла. Вздохнула немного свободнее.
— Остальные же будут несколько наглее. Незадолго до нашей женитьбы у меня тоже были женщины. — «Женщины»! Не «женщина», а «женщины»! Кобелина! Будто одной мало! — Но так как я собирался жениться, со всеми закончил отношения.
— Почему? — нахмурилась я. Хоть эта новость меня почему-то порадовала, но я отлично помню, что в договоре не указанна верность со стороны супруга.
— Потому что у меня хоть и фиктивная, но жена. — жестко посмотрел он на меня, отчего по коже пробежали мурашки. — Хоть ты в это и не особо веришь, но я достаточно порядочен, и серьезно отношусь к нашему браку. Хоть и фиктивному.
— Но как же… — проблеяла я.
— Что? Супружеская близость, точнее, ее отсутствие? Поверь, я не пещерное животное и вполне контролирую свои потребности и желания.
Год перетерпеть точно смогу. — злобно хмыкнул он, а я, почему-то, почувствовала себя виноватой перед ним. Чуть-чуть. Потому что действительно была о нем худшего мнения. При условии, конечно, что он не соврал. — Так вот, — уже спокойнее продолжил он, сцепив руки в замок и внимательно меня осмотрев. — Некоторым это могло, мягко говоря, не понравится. И, как не парадоксально, обвинят они в нашем разрыве тебя.
