Брачное агентство "Влюблённые сердца"

и всё!

   Отрицательно машет головой - не отпустит! Добьет! Дура, зачем спрашивала! Зачем, вообще, заводила об этом речь! Сама дала ему оружие против себя!

    - Отпущу. Сейчас. Скажу и отпущу. Инга, - замираю, услышав в звуке собственного имени странные  незнакомые нотки. Не могу сразу понять, что это... - Я думал, что смогу... с другими. Я даже хотел этого. И пытался. И поначалу, после той ночи, когда мы с тобой переспали, получалось. Ты плачешь? Инга, ну посмотри на меня! Пожалуйста! Не плачь! Иди сюда.

Вот. Так лучше. Но чем дальше, тем больше понимал, что назло тебе это делаю! И каждый раз на месте других тебя представляю. Только так получалось. А вчера, со Снежаной, даже так не вышло! Я не смог... Просто, блядь, не встал на нее!

    Сквозь слезы, открыв рот, смотрю на него. Не понимаю, к чему он ведет, о чем сказать пытается. Что-то важное очень... Что-то, что я хочу услышать! Но понять не могу.

   - Инга, пожалуйста, не ходи к нему больше, - вдруг сдавленно, словно через силу, выталкивает он из себя.

- Очень тебя прошу...

    Мотаю из стороны в сторону головой - не понимаю, к кому мне нельзя ходить. К Плетнёву, что ли? Он что, на самом деле, думает, что я с боссом все еще сплю? Видел же, что я на диване в гостиной... Пока я размышляю, он продолжает. И каждое слово дается с трудом. Я чувствую, как он переступает через себя, говоря это мне:

     - Я буду трахать тебя так, как ему и не снилось. Слышишь? Любить буду...

    - Что? - сердце замирает, а потом несется вскачь так быстро, что мне самой его слышно - стучит бешено, кровью ударив в голову.

    - Люблю тебя...

   Впивается в губы, а я, ошарашенная, даже ответить ему не могу - просто, вцепившись в ворот его халата, тяну к себе, чтобы держал, чтобы рядом был, чтобы не сказал, отстранившись, с извечной своей ухмылочкой, что это шутка такая сейчас была. Пусть лучше целует. Любит? Меня? Меня любит! Отталкиваю, обхватываю лицо ладонями. Не чувствую даже, как болезненную, с незажившими ранками, кожу рук царапает его недельная щетина.

Не могу сдержать смеха - счастьем накрыло, вытеснив и мысли и здравый смысл! Меня любит! Меня! Вижу, как взгляд темнеет - обиделся! Я его хорошо знаю. Обиделся на мой смех. И спешу исправиться, спешу сказать, пока опять не поругались:

    - Ты мне можешь не поверить, но после той нашей ночи, с Денисом у меня больше ничего не было... И ни с кем другим не было. Вот.