Брачное агентство "Влюблённые сердца"

     Та-ак просто взяла и призналась, что плачет? И всерьез думает, что после этого я от неё отстану?

    - А ты свет выключи, и я не смогу ничего разглядеть.

    А что? Чем не выход, если девушка волнуется из-за внешнего вида? Был уверен, что не послушается. Но, возможно, ей хотелось поделиться с кем-нибудь тем, что случилось. Спустя пару десятков секунд, дверь распахнулась, А свет в комнате тут же погас.

    - Заходи, - она шмыгала носом, говорила надтреснутым, сиплым голосом и стояла, прячась в тени, так, чтобы не видно было лица в свете коридорных ламп.

    Странная женщина. Понять ее не мог. Думал, что Алёна - мужененавистница, а она сейчас так просто, без опаски, без страха берёт и впускает к себе в комнату абсолютно незнакомого мужика? А если я - насильник? Захотелось спросить её о такой возможности, но я, к счастью, вовремя вспомнил, что не в моих интересах такие вопросы сейчас задавать.

    Прошёл. Огляделся. Маленький ночник практически не освещал пространство, разве что не давал натыкаться на мебель.

   - Услышал, что я реву, да? Прости. Столько лет живу с одной и той же проблемой, А расстраиваюсь до сих пор, стоит только случиться обострению...

    Я сел в кресло и указал ей на край кровати - понял, что разговор предстоит долгий. Она, словно была в гостях в своей же комнате, неловко опустилась на краешек кровати, сложив на коленях руки. Замолчала. И, конечно, я не смог удержаться - засмотрелся, завис, разглядывая рассыпавшиеся по плечам, подсвечиваемые сзади ночником, вьющиеся волосы, сейчас, в темноте, кажущиеся почти черными.

С трудом отвел взгляд от обнаженных стоп, выглядывающих из-под длинного необъятного халата - какие ножки у нее маленькие, как у ребенка... Прежде чем заговорить, пришлось откашляться - голос куда-то пропал.    

     - Ты болеешь чем-то?

    - Что? - она вскинула голову, и волосы в тусклом свете ночника вдруг от движения загорелись рыжим пламенем.

Это было красиво. Хотелось потрогать их, понять, какие на ощупь. - Э-э, нет-нет, со мной все в порядке. Другой человек болеет. Близкий. Не знаю, нужно ли... Зачем тебе слушать о моих проблемах? Ничего, обойдется всё, образуется. Хотя, нет! Похоже, никогда не образуется, никогда не обойдется! Так и будет всегда, всю мою жизнь висеть на мне груз этот!

    Замолчала, судя по тому, как ладошкой прикрыла рот, пожалев о том, что уже успела сказать лишнее.