Каждый из них понял, что здесь, в окрестностях, у второго нет друзей и знакомых, что эта земля чужая им обоим и что сейчас их объединила общая цель – Джалир."
"Через пару часов Эрик почувствовал себя совсем плохо: кружилась голова, сосущее чувство голода скручивало желудок тугим узлом, а от укусов насекомых распухли не только шея и лицо, но и запястья рук и щиколотки ног. Выше щиколоток тело защищалось плотными парусиновыми штанами. Но бесконечное почёсывание зудящих мест тормозило из в пути.
При этом малыш Алар чувствовал себя в этой местности явно уютнее, чем Эрик.
Где-то часа через три пути он нашёл невысокий раскидистый куст, с которого каждый из путешественников смог собрать по паре горстей мягких сладковатых ягод. Вообще на деревьях то тут, то там встречались плоды разных форм и цветов, но Алар обходил их равнодушно. Однажды, когда Эрик показал ему на дерево, увешанное чем-то вроде недозрелых персиков, устроил целое представление, показывая, что есть их нельзя, так как плоды ядовиты.
Он хрипел, хватался за горло и падал, объясняя, что от такого угощения можно и умереть. Эрику пришлось смириться и идти дальше, не обращая внимания на голод.
Сложно сказать, сколько мальчишки за это врем, но держаться они старались береговой линии, обойдя по широкой дуге новую встреченную деревеньку с такими же домами без окон, как видел юнга ранее. . Ближе к сумеркам братья по несчастью вымотались и привалы устраивали все чаще и чаще. Один из этих привалов, устроенный примерно через полторы мили после второй деревни, закончился совершенно феерически.
В этот раз они остановились у ручья, и Эрик, жадно глотая воду, с тоской подумал о том, что у него нет с собой даже фляги. Он нагнулся, чтобы плеснуть воды в лицо, немного охладиться и смыть пот, разъедающий укусы, как вдруг что-то сильным толчком в спину снесло его в воду. Он услышал испуганный вскрик Алара, а по нему самому, сидящему в прохладной воде, бешено скакал Арт, скуля и повизгивая от счастья и яростно щекоча языком щеки, грудь, лицо хозяина и любое другое место, куда мог дотянуться.
Арт был самым близким для него существом в этом мире. И с самого полудня, очнувшись на пляже, Эрик категорически запрещал себе думать о собаке, старательно гася в себе любые воспоминания и мысли о псе. Пожалуй, инстинктивно он понимал, что Арт погиб. Но думать об этом не мог, опасаясь не просто сорваться в истерику, а полностью потерять смысл выживания.
