Встал, придвинул стул поближе к открытому иллюминатору и принялся задумчиво следить за удаляющейся береговой линией. Воспоминания не отпускали…
***"
"…Почти семнадцать дней они с малышом Аларом добирались до Джалира. За это время оба оголодали, а их костюмы превратились в дикое серое тряпье. Есть приходилось только то, что позволял Алар. А это, как ни странно, в основном были ягодные кустарники и совсем невысокие деревца, на макушке которых гроздьями крепились удлинённые плоды жёлтого цвета. Алар называл их пананами.
Мякоть их была пресная и сладковатая. А кроме того, содержала большое количество косточек. Но всё же эти плоды неплохо насыщали. Вот только было их мало: эти самые пананы, к сожалению, редко попадались спелыми. А плоды в зелёной шкурке так сильно вязали рот и вызывали резь в желудке, что один раз промучившись несколько часов с больным животом, в дальнейшем юнга предпочитал не рисковать.
Все деревни они тщательно и обязательно обходили, стараясь не сталкиваться ни с кем из местных. Первые дни Эрик даже не был уверен, что понял Алара правильно.
Но поскольку в пути заняться особо было нечем, они учили язык друг друга. Было это не так уж и легко, но для Алара язык Эрика не был совсем уж незнакомым, да и новые слова малыш запоминал легче юнги. Потому на девятый день пути, когда они обошли очередную прибрежную деревню, Эрик вернулся к волновавшему его вопросу и, к собственному сожалению, узнал всё, что хотел.
Древние обряды людоедства были запрещены и карались законом. Но, тем не менее, иногда такое ещё случалось.
Да и различные местные божества, которые часто существовали по две-три штуки в каждом поселении и при этом могли ничем не напоминать соседских идолов, были любителями человеческих жертвоприношений.
Эрик перекрестился тогда, чувствуя, как по спине пробежал холодок, и ещё несколько раз заговаривал со спутником на эту тему, уточняя, правильно ли он все понял. Но ответы Алара всегда были одинаковы: вокруг полно людоедов и соваться туда нельзя.
Кроме проблем с едой, были ещё и злобные местные насекомые.
Алара кусали меньше, наверное, потому, что мальчика щедро смазывал щиколотки, запястья и даже часть лица красноватой глиной, в изобилии водящейся у многочисленных ручьёв. Эрик, которому это показалось диким, после первой же ночёвки во влажном прибрежном лесу очнулся с такими волдырями на лице, шее и руках, что быстро перестал капризничать и на привалах машинально обновлял глиняную защиту.
Укусы, надо сказать, были разные.
