Правда, когда маленький спутник рассказывал про свою мать, третью жену отца, Эрика удивляло, что этот купец ухитрился дважды овдоветь.
***"
"Город был обнесён высокой каменной стеной, но последние мили мальчики двигались по широкой пыльной дороге, смешавшись с другими путниками, и спокойно вошли в широко распахнутые ворота. Пёстро одетая стража, носящая грязно-белые плащи, была занята каким-то огромным караваном, состоящим из пары десятков смуглых мужчин и целого табуна совершенно чудовищных животных: огромных, уродливых, горбатых и страшных.
Алар на вопрос Эрика с удивлением ответил:
- Это корабли пустыни. Их называют верблюдами.
***
Эрик усмехнулся, вспоминая, как они двумя чумазыми тощими тенями пробирались через бедные районы Джалира. И он первый раз почти со страхом рассматривал очень низкие, наполовину врытые в землю дома, на плоских крышах которых сидели смуглые, похожие на его маленького спутника люди. Совершенно чужие, даже чуждые люди. Там жгли маленькие костры и готовили еду.
Запах жареного мяса вызывал у него болезненные спазмы в желудке, но Алар тащил его тесными переулками за руку не останавливаясь.
Четверо местных мальчишек преследовали их некоторое время и даже начали кидать камнями в спешащих путников. Алару попали в спину, он споткнулся и упал. Эрик, разозлившись, поудобнее перехватил свою палку и двинулся к наглецам. Он, хоть и был грязен, худ и измучен, всё же ростом обгонял любого из нападавших. Бой был короток, нос ему разбили, но и мелкие шакалы получили своё: палкой драться оказалось вполне удобно.
На крышах сидели мужчины, ели, беседовали, молчали. Некоторые наигрывали на странных музыкальных инструментах, а иногда и ссорились тонкими, странно визгливыми голосами. Женщины, закутанные в ярко-голубые и густо-синие одежды непривычно свободного покроя, такого, что невозможно было уловить очертания тела под тканью, скользили беззвучными тенями, прислуживая свои мужьям и отцам. У многих женщин густые чёрные волосы были сплетены в косы и украшены блестящими бусинами и колокольчиками, потому иногда с крыш раздавался тихий мелодичный звон.
Все женщины или находились на крышах, или же сидели на пороге своих домов, что-то машинально плетя из прутьев и глядя на бредущих мимо людей одинаковыми, сильно подкрашенными чёрной краской глазами. А по улице полупустой в вечернее время ходили только мужчины в одеждах такого же синего цвета, но достаточно удобных.
