Сперва, конечно, обучат в ступке всякие вещества тереть и пилюли делать. А потом и людей лечить дозволят.
Я заводила разговор о разных профессиях, но все сводилось к тому, что никаких серьезных школ толком еще не существует. Точнее, существуют прекрасные ремесленные школы. Например, школа гончаров или кожевников. Есть гильдии, которые следят за тем, чтобы ученики получали необходимый багаж знаний и вовремя сдавали экзамены.
Проблема была в том, что обучать барона лепить горшки или шить сёдла никто не возьмется.
Да и я сама прекрасно понимала, что обучение ремеслу – не то, что мне требуется. А с различными науками здесь пока было глухо. Даже управлять чем-либо — поместьем, например, или собственными мастерскими — учились сразу на практике. Грубо говоря, папа барон обучал сына баронетта, рассказывая, какой налог должны платить крестьяне, сколько требуется отдать в казну и сколько можно потратить на себя.
Разговор с Бертой оставил у меня неприятное ощущение, что с воспитанием Эрика я не справлюсь.
Мальчик он достаточно покладистый, но я не понимаю, чем и как занять его мозг и руки, чтобы он не остался в этой жизни беспомощным тюфяком. У нас даже нет поместья, к управлению которым я могла бы его потихоньку подключать.
Пройдет время, не так и много, буквально два-три года и этот вполне половозрелый, но абсолютно бестолковый юнец может натворить серьезных глупостей. Это пока что я, исключительно за счёт собственной резкости, кажусь ему старшей. Однажды он перерастёт меня и даже физически надрать ему уши я больше не смогу.
И все это может закончиться весьма печально, так как мозгов у него явно не прибавится, так же как и жизненного опыта. Сейчас мой дом удовлетворяет все его потребности: он сыт, одет, обут и развлекается с собачкой и лошадкой. Но рано или поздно он попробует женщин, решит, что может употреблять спиртное и, вполне возможно, заведёт себе компанию. И вот тут я встряну по полной, потому что при желании этот подросший ребенок сможет прогулять все, что у нас есть.
Я совершенно не представляла, что можно сделать в такой ситуации, как спасти свое будущее. Но судьба сыграла со мной довольно странную шутку: она сама решила эту проблему.
***
Еще через три недели мы снова съездили к карьеру, и Эрик с удовольствием убедился, что работы над памятником подходят к концу. При нём я выплатила управляющему половину суммы, получила расписку и заехала в ту мастерскую, где стояло механической устройство для обработки камня.
