— Ну ладно, предположим.
— Естественно, мне пришлось его купить.
— Естественно.
— Ну не могла же я обречь его на такую участь после того, как он меня спас!
Колин промолчал.
— И с тех пор он был моим верным телохранителем и много раз выручал меня из всяких… трудных положений.
Колин нахмурился. Ему было невыносимо думать о том, в каких положениях оказывалась Эмма. Она, естественно, благодарна Фереку, и ему найдется место у него в доме, как бы он себя ни вел. Но Колина интересовал один вопрос:
— А он когда-нибудь признавался тебе… что он натворил?
— Что ты хочешь сказать?
— Ну, почему его вели продавать?
— Он много задолжал.
— А…
«Могло бы быть и много хуже», — подумал Колин.
— Он попытался открыть гостиницу в той же деревне, но получше качеством. Но у него не хватило денег да еще не повезло, и он обанкротился.
— Ясно.
— После этого он стал собственностью своих кредиторов, — добавила Эмма. — Ты можешь себе такое представить?
— Да, не повезло ему.
— Это просто возмутительно!
— Но ты его спасла от этой участи.
— Я ему, конечно, тут же дала свободу.
— Конечно.
Эмма подозрительно поглядела на Колина:
— Уж не насмехаетесь ли вы надо мной, милорд?
— Наоборот, я тобой восхищаюсь. Я просто пытаюсь представить себе, кто еще из моих знакомых дам мог бы, пережив подобное нападение, не раздумывая купить огромного раба.
— А что еще мне оставалось делать?
— Закатить истерику. Упасть в обморок. Разрыдаться.
— Ну и какой от этого был бы прок?
Колин расхохотался:
— Ни малейшего, моя неустрашимая Эмма!
Молодая баронесса Сент-Моур неторопливо шла по площади к своему дому, разглядывая два куска обоев, которые держала в руках.
Она переводила взгляд с одного на другой и никак не могла решить, который больше подойдет для ее спальни в Треваллане.
— А тебе какие больше нравятся, Ферек, — спросила она слугу, — в цветочек или в полоску?
— Мне нравятся те, что выбрал я.
Эмма вздохнула. Фереку почему-то приглянулись обои совсем другого рисунка, и он горячо убеждал Эмму купить именно их.
Хозяин магазина был шокирован тем, что слуга осмеливается давать советы своей хозяйке.
— Нет уж, я не желаю спать в окружении несущихся вскачь лошадей да еще на фоне грозовых туч, — возразила Эмма, наверное, уже в шестой раз. — Или эти, или вот эти.
— Те куда интереснее, — настаивал Ферек.
— Чересчур уж интересные. Надо выбрать из этих двух. Больше я и искать не буду. У меня голова кружится от всех этих обоев.
