Что бы ни ждало ее в будущем, этот человек никогда не подвергнет ее публичному унижению, как делал Эдвард. На ее глаза навернулись слезы.
— В чем дело — спросил Колин.
— Да нет, ничего.
Колин мастерски вел ее в вальсе.
— А куда бы вам хотелось поехать в свадебное путешествие? — спросил Колин.
— Я не хочу уезжать из Англии. Достаточно я напутешествовалась.
Колин кивнул.
— Тогда, может быть, поедем в Треваллан?
— А где это?
— Это родовое поместье Сент-Моуров в Корнуолле.
— Ваш дом? Конечно, мне очень хочется его увидеть.
— В нем нет ничего особенного. Обычное поместье, — почти извиняющимся тоном сказал Колин.
— Вот и прекрасно!
— Остается только назначить день свадьбы, — сказал Колин, глядя ей в лицо.
— Решайте сами, милорд. Я заранее согласна.
«Как она элегантна, как владеет собой! О какой еще жене можно мечтать?» — подумал Колин.
— Вам все равно?
— Мне, конечно, нужно время, чтобы все подготовить, — признала Эмма. — Но ведь свадьба не будет громкой, так что особых хлопот не предвидится.
— Ваш отец в объявлении назначил дату. До нее остается неделя.
— Неделя? — с некоторым испугом повторила Эмма.
— Но нам не обязательно ее соблюдать, — добавил Колин.
— Ну почему же… За неделю я, пожалуй, буду готова."
"Оба замолчали, чувствуя какую-то неловкость и не зная, что еще сказать. Они несколько минут танцевали молча и со стороны казались совершенно спокойными.
Звуки вальса стихли, и Колин с Эммой остановились друг против друга.
— Значит, остановимся на этой дате? — отрывисто спросил Колин.
— Наверное… — тоже как-то скованно ответила Эмма.
Колин кивнул, и они рука об руку пошли в холл. Внизу их поджидал Робин Беллингем.
— Я хотел с вами поговорить, — сказал он Эмме.
Ощущая спиной взгляд Колина, она остановилась и улыбнулась брату.
— Мы ведь, по сути дела, так и не познакомились, — неуверенно проговорил он. — А мне хочется узнать вас получше.
— Мне тоже, — тепло отозвалась Эмма. — Но теперь-то мы узнаем друг друга. Приезжайте ко мне в гости.
— Обязательно.
Спасибо. — Робин вдруг вспыхнул. Казалось, у него на языке вертелось еще что-то. — Мне очень не нравилось, как отец с вами обошелся, — наконец выпалил он. — По-моему, это было несправедливо. Если бы я мог вам помочь, я обязательно бы это сделал. Честное слово. Но ведь мне… — Он умолк и стиснул кулаки.
— Но вам было только десять лет, — закончила за него Эмма. — Конечно, вы никак не могли мне помочь.
— Я мог хотя бы выразить свое несогласие, — сказал Робин.
