Брак на поражение

Кстати, о ведьмах! Выходит, метаморфов всё же двое — секретарь и та брюнетка?

Или, мы ошиблись и девушка настоящая?

Хм… не похоже… она слишком красивая. Нереально, невозможно, пугающе красивая. Таких идеальных лиц я не видела даже у чистокровных фэйри и эльфиек, а краше их нет никого.

Значит, её внешность всё же ненастоящая. Но как вышло, что метаморфов столько времени считали полностью уничтоженными, а тут сразу двое?

Странно… очень-очень странно…

— Да хранят Боги тех, кто чист душою и светел помыслами! — поприветствовал нас младший жрец.

— Да помогут Великие духи тем, кто не несёт в своём сердце тьмы, — Себастьян вручил послушнику две монетки, а я повторила ритуальное приветствие.

Нас благословили, пропуская внутрь и переключились на новых прихожан.

— Да хранят Боги тех, кто чист душою…

Внутри храма царила тишина, пахло розмарином, хвоей и дымом. В такое время посетителей было мало, и мы могли неспеша осмотреться.

Резные колонны, украшенные защитными рунами, пол из тёмно-синего мрамора и восхитительные витражи, изображающие героев древности…

Храм Семи Духов поражал благородной красотой и изяществом.

— Да услышат Великие духи мои мольбы, — Себастьян взял из стоящей на столе корзинки две свечи и подал одну мне.

Я прочитала ритуальную молитву на удачу, зажгла свечу и поставила её в шандал. А затем взяла у дракона несколько золотых монет и подошла к алтарю с подношениями.

Мешочки с деньгами, амулеты, кольца, цветы…

Каждый приносил жертву согласно загадываемому желанию. И чем больше он просил, тем дороже было подношение.

Глупое суеверие… Богам и духам важна не цена дара, а искренность молитвы. Но…

Монетки со звоном упали на алтарь, и я случайно зацепила ладонью медальон, украшенный крупным сапфиром.

Руку пронзило дикой, обжигающей болью, а храм затянуло чернильным маревом.

"Дар медиума вошёл в полную силу и перед глазами заплясали тени прошлого… женский крик, гроза за окном, звонкий цокот каблуков… низкий, вкрадчивый, и… такой знакомый голос…

— Невозможно…, — беззвучно прошептала, цепляясь пальцами за алтарь. Почувствовала, как Себастьян придержал меня за локоть, не давая упасть, — нет… невозможно…

Сердце бьётся раненой птицей, а горло сжимает спазмом.