Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

И я с удовольствием буду раскрывать тебя и узнавать, как личность и как женщину, и уверен, что всё равно не постигну всех твоих женских секретов и тайн.

От его монолога я на мгновение зависла, так как не знала, что сказать в ответ.

То ли он меня сейчас красиво оскорбил, то ли сделал грубый, но комплимент.

Пока я размышляла, вернулась служанка и принесла поднос, на котором стояло блюдо с горячими круассанами и маленькие пиалы с жидким вареньем и повидлом.

— Вот, пожалуйста, — сказала она и поставила блюдо на стол.

— Спасибо, — поблагодарила её.

Женщина снова мне улыбнулась и ушла. Она так и не взглянула на вновь нахмурившегося Булата.

Я взяла круассан и разломила его пополам, вдохнула, наслаждаясь ароматом только что испеченного хлеба, а потом намазала сверху яблочный джем.

— Ты не будешь? — предложила я Булату, внезапно почувствовав себя неловко под его пристальным взглядом.

— Нет. Эти круассаны для тебя, как я заметил.

— Не ревнуй, Булат. Просто твои слуги, видимо, осатанели без хозяйки.

Он не ответил, и лишь ковырялся вилкой в своей тарелке.

— Ты даже не представляешь, какого удовольствия себя лишаешь, — сказала ему, с наслаждением откусывая воздушный круассан. И откусила его намеренно соблазнительно, чтобы заставить Булата смотреть на меня.

И он смотрел, даже облизнул вдруг губы.

— Ты к любому делу относишься со всей страстью и азартом? — спросил он вдруг охрипшим голосом.

Положила на фарфоровую тарелку круассан, сделала глоток кофе и ответила:

— Да.

— Прекрасно, — хищно улыбнулся он. — Кстати, ты так ничего не сказала про цветы. Я угодил тебе?

Загадочно улыбнулась и ответила вопросом на вопрос:

— Где ты их достал? Слишком рано для магазинов, я не имею в виду дешёвые круглосуточные павильоны. Там не найти этот сорт роз. Сам разводишь? Или кого-то послал за ними?

— Тебе важно знать, где я их взял? — снова удивился Булат.

— Да, — сказала уверенно.

— Не я, — хмыкнул он. — Мой отец их разводил. Садовник продолжает ухаживать за ними, но я, если честно, не питаю такой любви к цветам, как мой отец.

Моя рука с чашкой кофе застыла в воздухе. Это было что-то новеньким.

— И много у тебя роз?

Он улыбнулся, широко, весело и довольно.

— Огромная теплица, Кристина. Там столько сортов, что я даже все сразу и не вспомню.

— Я хочу их увидеть, — загорелась я.