Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

Нечестно играет, но молодец, малышка манипулировать умеет.

— Сделай сам себе, минет, Булат! — разозлилась она. — Меня такой ответ не устраивает. Ты откажешь, я это знаю.

Она сложила руки на груди и её восхитительная грудь, словно возмутилась моему же поведению.

Нервы на пределе, желание съедает и уничтожает. Ни одна женщина так не влияла на меня, взрывая мозг и лишая воли. Что она со мной творит? А ведь это только начало нашей совместной жизни.

Довериться ей и рискнуть? Ведь Кристине важно, чтобы её отец оставался на воле, а значит, она будет с ним убедительна.

Проклятье! Вот же сучка!

— Блять! Кристина! Чёрт с тобой! Хорошо! Пусть твоя семья приходит. А сейчас, я хочу получить, наконец, свой десерт.

Она победно улыбнулась и начала раздеваться.

Я полностью обнажилась перед Булатом и с удовольствием отметила, как жадно забегали по моему телу его глаза, как часто он задышал, и как выпуклость на его штанах стала ещё больше и ещё внушительней.

Игриво улыбнулась и облизнула язычком свои губы.

«Сейчас, милый Булат, я сделаю так, что ты больше ни на одну женщину смотреть не сможешь. Только на меня. И только меня хотеть будешь. И тогда… Тогда ты станешь ручным и ласковым», — с такими мыслями медленно приблизилась к нему.

Булат снял с себя пиджак, но рубашку расстегнуть ему не дала. Сама расстёгивала — пуговка за пуговкой и целовала в открывшиеся участки, его чёрные и густые волосы на груди щекотали и, одновременно, возбуждали.

Ударила его по рукам, когда он, тяжело дыша, потянулся к моей груди.

— Дай, — произнёс он резко. — Хочу помять твои сиськи.

— Обойдёшься, — пропела я ласково и начала спускаться ниже.

Рубашка была откинута куда-то назад.

Наконец, добралась до широкого ремня на его брюках. Но скоро и брюк настигла участь рубашки.

Я посмотрела на Булата и плутовато улыбнулась, видя, как внимательно он наблюдает за мной.

Быстро лишила его трусов и не сдержала вздох восхищения и удивления.

— Нравится? — гордо спросил Булат.

Лукаво взглянула на мужчину и произнесла:

Едва мои пальцы и губы коснулись его ждущего органа, Булат издал протяжный стон сладкого удовольствия.

Когда я кончил, излившись на полную грудь Кристины, ощутил райское опустошение. Это было сказочно. Давненько я не получал настолько сильного удовольствия, или, быть может, и вовсе такого не испытывал.

Я сидел на диване, раскинув руки и ноги в стороны, запрокинул голову на подголовник и отдыхал.