Брак по принуждению, или расплата за грехи отца

Всё и она будет нежной кошечкой, которая в мгновение ока будет готова выполнить любое моё желание.

Представил, как Кристина выполняет мои приказы и хмыкнул про себя. Что-то в это не очень-то верилось. Она скорее мне голову откусит и, кстати, даже не подавится.

Правда, если быть с самим собой откровенным, её дерзость, вспыльчивость и даже грубость заводила меня. Сомневаюсь, что я заводился бы, увидев, как она бегает передо мной на задних лапках и выполняет любую мою прихоть. Характер у Кристины — огонь и лёд, и она явно не собирается передо мной стелиться.

Именно эти черты её характера и поведения и делало всю происходящую затею куда более захватывающей. Завоёвывать её и приручать будет интересно. Плюс ко всему я был похотливым засранцем, а Кристина была очень аппетитной в этом плане женщиной. Она сделала мне минет, о котором я просил, но при этом выторговала себе то, что хотела. А ведь это я хотел показать, кто из нас главный, а она провернула всё так, что я стал в этом сомневаться.

Вернулся домой далеко за полночь.

Выпил два стакана виски, поплавал в бассейне и голышом направился прямиком в комнату Кристины.

Она заперлась от меня. Умно, но не очень.

Сходил в кабинет и взял ключ от этой комнаты. К каждой комнате, которая запиралась, у меня были ключи.

Тихо и очень осторожно повернул ключ в замке, чтобы не разбудить её и победно улыбнулся.

Толкнул дверь и… замер.

— Какого хера? — не понял я прикола и толкнул дверь сильнее.

— Вот же сука, — прошипел раздражённо.

Сжал ключ в кулаке и тут же ухмыльнулся.

Вышел во двор и решил забраться в спальню к своей «любимой» невесте через распахнутое окно.

Дерево, что росло рядом с домом, было мне в помощь.

Не знаю даже, или тот факт, что я выпил или просто звёзды так сошлись, но я, взобравшись на дерево, встал ногами на крепкую ветку и, покачавшись на ней, убедился в её надёжности, сделал несколько шагов в сторону окна Кристины и… с глухим вскриком, рухнул с дерева прямо в колючие кусты.

Ветки, идеально подстриженного кустарника, больно оцарапали моё лицо и тело, впились мне иголками в кожу и самое страшное, кажется, я посадил занозы себе на заднице.

«Хорошо, что хоть не на члене», — подумал мрачно.

И, хромая, и матерясь сквозь стиснутые зубы, ещё шипя от боли, возвращался обратно в дом.