Брак по расчету, или Счастье для кимтарцев

Крис может говорить с тобой в присутствии других женщин, но будь готова, что перед этим он молча повернет голову в твою сторону, спрашивая разрешения. Дальше по старшинству иду я. Как второй муж, я должен молчать в обществе других женщин и буду говорить, только когда ты сама захочешь обратить на меня внимание. Лиам младший. Ему вообще не разрешено находиться вблизи, и чаще всего младших мужей уводят в другие покои, чтобы они не грели уши не касающимися их разговорами.

Потерев глаза ладонями, я не сдержала отчаянного стона, все еще не в состоянии поверить, что подобное «общение» будет происходить в реальности и в ближайшее время.

— Совет на будущее: госпожа, в гости к которой мы идем, не самая любезная особа. Не поддавайся на провокации, отвечай ей вопросом на вопрос и старайся не рассказывать о себе ничего личного. Уверяю, она не постесняется воспользоваться этим в своих целях.

— Зачем нам вообще туда идти? Может, просто проигнорируем приглашением? Или куда-нибудь уедем?

Туман пододвинулся ближе и осторожно накрыл мое колено, обтянутое тонкими, но удобными домашними штанишками, и успокаивающе погладил кончиками пальцев.

— Все получится, не стоит переживать. Обещаю: как только мы вернемся, я устрою для тебя праздничный ужин. Приготовлю все, что только попросишь, идет?

— Думаешь, такой стресс можно заесть плюшкой?..

— Можно попытаться, — мужчина улыбнулся открыто и искренне.

— Спасибо тебе. Не знаю, как бы я справилась самостоятельно.

— Ты себя недооцениваешь, Ия. Посмотрела бы, послушала и сама сообразила, без моей помощи.

— Не говори ерунды! Я скорее сбежала бы, сверкая пятками, и никогда больше не вышла из дома!

— Ничего, госпожа, — иногда пролетающее по привычке обращение уже не так коробило мозг. — Все образуется.

Коснувшись моей щеки, Туман ловко убрал упавшую на лицо прядь, заправляя ее за ушко, и замер. Этого хватило для того, чтобы я осознала, что он прикасается ко мне, и душу впервые не рвет вселенская паника, слишком расслабившаяся и опаздывающая к своему выступлению.

Отняв ладонь, мужчина мягко и успокаивающе улыбнулся, стараясь показать, что ничего страшного не произошло, и слегка отодвинулся.

Эвердин вновь стоял в пороге, держа на вытянутой руке чехол для платья, который, судя по раздутости, что-то прятал в своих недрах.

Только удивилась я не этому, некрасиво открыв рот и хлопая глазами.