– Старшая жена ободряюще улыбнулась: – Ну скажи же, Ровена, что останешься с нами. Ты доставишь нам огромное удовольствие, став нашей гостьей и позволив нам немного побаловать тебя.
Ровена почувствовала, что за экзотической внешностью этой женщины скрывается доброта и мягкость. Ее дружелюбие было настолько заразительно, что она не могла не улыбнуться в ответ. Очередной безумный порыв овладел ею, и в одно мгновение она решила согласиться – так велело ей сердце.
– Я бы с большим удовольствием осталась! – воскликнула она.
Она взглянула на Тобиаса, уверенная, что он тоже согласится с гостеприимным предложением Фатимы, но по выражению его лица поняла, что эта мысль нравится ему гораздо меньше, чем ей. Он явно колебался. Думая, что сейчас он вежливо отклонит приглашение, Ровена, в попытке смягчить его, подошла к нему и положила руку ему на локоть."
"Тобиас посмотрел на ее тонкие пальцы. Ему уже становилось жарко, начинало просыпаться желание – и это лишь от того, что она едва его коснулась. Он не понимал, почему она имеет над ним такую странную власть, но твердо знал одно: он хочет ее, хочет держать в своих объятиях, горячую и чувственную.
Он привык, что Ровена всегда находится рядом, каждый день, что она спит подле него, в своей крохотной каютке, ночь за ночью… Он будет нестерпимо скучать по ней, если ее не будет на корабле.
– Пожалуйста, Тобиас! – взмолилась Ровена, ошибочно приняв его молчание за отказ. – Мне бы очень хотелось здесь остаться – хотя бы на сегодня. Какой от этого вред?
Видя, что его друг сомневается, на помощь Ровене пришел Ахмед:
– Ну же, Тобиас.
Ей понравится в моем доме, где за ней будут ухаживать все три мои жены. – Он заметил, как глаза Ровены загорелись от предвкушения разнообразных удовольствий. – Подумай сам, друг мой. Разве не хочется ей побыть в обществе женщин, после того как она аллах знает сколько времени провела в заключении на судне, среди одних мужчин?
– Ахмед, – ласково произнесла Ровена, – вы очень добры.
– Доброта не имеет к этому никакого отношения, – возразил он.
– Тобиасу известно, что я эстет и большой поклонник любого рода красоты и гармонии. Так что, если вы не хотите, чтобы я пожизненно сожалел о том, что вы не стали моей гостьей, вы должны почтить мой дом своим присутствием хотя бы на несколько дней. – Ахмед громко расхохотался и дружески хлопнул Тобиаса по спине. – Я мог бы даже сделать ее своей четвертой женой! – В густой черной бороде сверкнула белозубая улыбка.
– Забудь об этом, – резко ответил Тобиас.
