Браконьер 1

Обычный продуктовый, притом рассчитанный больше на проезжающих, чем на местный район. Это стало понятно из осмотра его нутра сквозь запылённое окно. Честно говоря, меня больше смутило его нетронутое состояние. Я даже обошёл его по кругу, чтобы убедиться в этом окончательно. Моё сознание за этот короткий срок уже так привыкло к разбитым окнам магазинов, что я просто не мог поверить в собственную удачу. Неужели он настолько не пользовался популярностью у местных, что на него никто не позарился?

Некоторое время я стоял у главного входа, размышляя на данную тему.

Но в итоге махнул на всё рукой и потянул на себя дверь. Очередной сюрприз уколол приступом паранойи. Магазин оказался даже не заперт, и при этом его полки натурально ломились от товаров. Здесь что, весь город умер за одну ночь? Никто не выжил и не попытался пополнить запасы?

Что-то с этим местом явно не так, но что именно, понять не получалось. Я так и завис на пороге, удерживая дверь в открытом состоянии и всматриваясь в полумрак торгового зала.

— Но ведь сейчас день, — пробормотал я, пытаясь успокоить внутреннее чувство надвигающейся опасности.

На первый взгляд мне ничто не угрожало, да и на второй, в общем-то, тоже. Но целостность магазина просто не давала покоя. Я понимал, что это не к добру, но в упор не видел подвоха. В конце концов я всё же решился заглянуть внутрь. Перекинул «вепрь» из-за спины таким образом, чтобы он постоянно находился под рукой. Ещё раз внимательно осмотрел помещение и шагнул внутрь.

Что-то щёлкнуло под ногой, послышался свист, будто где-то с большой скоростью сматывают верёвку, а затем мелькнула тень, и в мою грудь ударило что-то очень тяжёлое. Воздух покинул лёгкие за мгновение, и они сжались в комок от острой боли. На глазах навернулись слёзы, и я медленно сполз на пол, пытаясь сделать хотя бы крохотный вздох. И когда у меня почти получилось, справа появилась тень, а из глаз посыпались искры. Боль от удара пришла не сразу, да и та показалась какой-то тупой на фоне угасающего сознания.

Очнулся я в каком-то подвале. Рядом стояло ведро, из которого несло испражнениями. Вокруг темнота, но не полная, по крайней мере, очертания ведра я всё же увидел. Больше смотреть здесь было не на что, а главное — не на кого. Но я жив, а это уже не так плохо. Голова болит, будто я вчера выжрал не меньше литра грязного самогона и не побрезговал шлифануть это дело пивком. Даже во рту похожая сухость. Вот только я не пил.