Но жизнь, как обычно, внесла свои коррективы.
— Тебя вызывает император, — известил меня Карл.
Точнее, только голова Карла. Поскольку весь он входить в кабинет после утреннего казуса с чаем опасался.
— Иду, — буркнул я.
И только через несколько мгновений понял, что идти-то мне не в чем.
Моя форменная мантия все еще была мокрой, а на груди помимо темного пятна виднелись какие-то желтые волокна. Купицы трав из чая, которым пытался напоить меня Карл.
Нет, ее надевать точно не стоит. Уж лучше явиться к Дамиану как есть.
Хотя он явно вызывал меня не для личной беседы, иначе не передал бы просьбу через Карла.
То есть, скорее всего, общее собрание. А на него было принято приходить в форме. Конечно, меня не убьют за ее отсутствие, но осадочек останется. Не помню, чтобы другие Верховные позволяли себе подобное.
И тут я вспомнил про мантию, которую отдала мне Вики.
Развернув сверток, я оглядел мантию, одобрительно хмыкнул, и набросил на плечи. Что ж, формальности будут соблюдены и это главное.
***
— Вот скажи мне, Реймонд, тебе внезапно стало не хватать внимания?
Дамиан вытянул ноги, откинувшись на троне, и сразу стал напоминать хулигана, который уселся на это священное место на спор.
Ну, собрание было окончено, и он имел полное на это право. Как и подшучивать над моим внешним видом.
— Завидуй молча.
— Не дождешься.
Казалось, еще немного, и Дамиан покажет мне язык. Совсем как в детстве.
— Это оскорбление короны, выглядеть богаче своего императора.
— Это просто мантия.
— Ты эту мантию сам видел? Нет, я понимаю, что рисунок на спине. Но мне казалось, что ты достаточно развит, чтобы посмотреть на одежду, прежде чем ее надевать.
— Мою обычную испортили. Так что терпи.
— Ну нет! Я не согласен. А ну отдавай сюда.
Вскочив с трона, Дамиан начал за мной гоняться, словно и правда в детство впал.
— У тебя какое-то обострение? Я ведь могу и уши надрать, прямо как раньше.
Отсмеявшись, он прекратил валять дурака, и встал за моей спиной, внимательно рассматривая вышивку.
— Слушай, ну действительно ведь шикарно. И сам рисунок… Отдает чем-то сакральным. Если когда-нибудь мой рассудок окончательно пошатнется, и я решу сменить герб, то, пожалуй, выберу именно его.
— С ума сошел? Променять благородного парящего дракона на какое-то дерево.
— А ты еще раз посмотри.
Сняв мантию, я разложил ее на том самом троне и сейчас мы с Дамианом оба смотрели на нее, как будто пытались уловить тайный смысл.
