Остро и резко, но не так. Грубо и собственнически, но не с тем.
Может, это в моей голове что-то повернулось, но я по-настоящему чувствовала себя шлюхой, теперь еще и с мужем.
Но кончала я с ним, для него, совершенно искренне!
* * *К позднему субботнему завтраку Давид спустился позже всех. Немного помятый, но судя по выражению лица, довольный. Он обошел мое кресло, приветствуя Арса и Геру, и вдруг неожиданно наклонился к моей шее, громко втянув носом воздух.
Я замерла, во все глаза следя за реакцией мужа. Тот отставил чашечку кофе и заметно сжал зубы, так что желваки заиграли на скулах.
А Давид словно подливал масло в огонь, оставил на шее легкий поцелуй, поглаживая кожу пальцами с другой стороны.
Под тяжелыми перекрещивающимися взглядами мужчин я сидела и боялась пошевелиться. Обстановку разрядил Арс:
– Кажется, только я еще не оценил новый парфюм мамы?
Давид расхохотался, оставив меня в покое и сев во главе стола. Гера перевел тяжелый взгляд на сына и отбрил:
– Хватит, нанюхался уже.
Я покраснела, а Давид не поняв намёка брата, поправил его:
– Нанюхается еще! Сколько впереди будет женщин у парня.
– Но не Лена.
– Хм…
И снова все взгляды скрестились на мне. Я выше задрала подбородок, взяла вилку и вонзила её в омлет с беконом:
– Приятного аппетита.
После памятного приема и не менее запоминающегося завтрака, атмосфера в доме стала меняться. Гера становился всё более подозрительным, но выливалось это только в обостренные знаки внимания ко мне.
Чуть раньше я бы только радовалась новой волне страсти, когда Гера, несмотря на усталость после многочасового рабочего дня, старался довести меня до пика, удивить, порадовать, если бы я параллельно не удовлетворяла ненасытные аппетиты его брата.
Давид словно сорвался с цепи, всех своих Хэл заменил мной. Часто задерживался после завтрака, приезжал обедать почти каждый день, и даже вечерами создавал неловкие, пикантные ситуации, но при всём моем нервяке, что нас застанут, кончала я ярко, в отрыв, как последний раз перед казнью.
Чертов Давид! Он в очередной раз перевернул мою жизнь с ног на голову.
Но благодаря стараниям обоих мужчин, такой затраханной я себя никогда еще не чувствовала. Наверное, моё расслабленное и переудовлетворенное состояние послужило тому, что я выпустила из внимания Арса, и каким он стал незаметным сразу после приема.
В очередное утро, когда Арс с Герой покинули дом, Давид жестом подозвал меня, отодвигаясь от стола и нажимая на плечо, ставя перед собой.
