На утро, несмотря на то, что я специально встала как можно позже, пропустив совместный завтрак, меня ждал личный водитель Давида.
– Хозяин велел отвезти вас в бутик, где много модных платьев.
Давид полностью брал под контроль мою жизнь. Я кивнула, потому что спорить с водителем или истерить, когда мне действительно нужно платье к приему, глупо. Дождавшись организаторов и договорившись о месте проведения фуршета, я уехала, до самого конца рабочего дня эксплуатируя выделенного мне помощника.
Зато вечером я стояла у подножия лестницы, как королева.
Встречала гостей, знакомилась, держала под руку мужа и ловила восхищенные взгляды Арса. А вот голодное жаждущее внимание Давида меня напрягало.
Но это же официальный прием, не будет же он портить мне настроение во время важного публичного мероприятия?
Зря я на это надеялась. Когда Гер отошел с группой каких-то очень солидных мужчин-бизнесменов, его брат перехватил меня, вцепившись пальцами в талию, обтянутую тонким шелком.
– Ты такая аппетитная, – хрипло прошептал он мне на ухо, крепко прижимая спиной к себе.
Я нервно пискнула, почувствовав, где конкретно пробудила его аппетит.
– Не здесь, – зашипела я, пытаясь отодвинуться, – не сейчас.
– Это решаю я. Пока брат занят, поднимемся наверх. Я приготовил для тебя подарок.
– Нет. Пожалуйста?
Но по горящим глазам Давида понимала, что он уже всё решил.
Только секунду позволил мне замяться на пороге своей спальни, быстро втолкнул внутрь, закрыл за нами дверь и с силой прижал к стене.
В этот раз Давид был резким и грубым от нетерпения. Я больше переживала останется ли платье целым, чем хватится ли меня муж и когда.
Давид грязно лизал мне шею, задрал подол до талии и резко вскинул вверх, заставляя обхватить его ногами. Его жесткие губы скользнули по декольте, нетерпеливым движением руки мужчина высвободил мою грудь и с облегченным стоном приник к соску.
Я выгнулась от прострелившего удовольствия, вцепилась Давиду в плечи и уперлась затылком в стену.
Мужчина совершенно точно уловил мое состояние, хищно улыбнувшись, быстро освободился от брюк и насадил меня на крепкий член.
Взвыла, почувствовав, как он концом уперся в стенку влагалища, растягивая под себя. Но Давид уже брал меня с жадностью оголодавшего зверя, терзал соски зубами и вбивался, вбивался, пока я не вскрикнула и не задрожала, чувствуя, что он тоже в моих объятиях напрягся и тихо зарычал, уткнувшись в шею.
