— Как так? — интересуюсь.
— Вот так, — она пожимает плечом и резко меняет свое поведение.
Становится спокойной и расслабленной. Подойдя к кофемашине, принимается ее загружать.
Я уже не уверен в том, что знаю ее достаточно хорошо, но мне на это насрать. То, что я знаю о ней наверняка — она любит жизнь, в противном случае в коридоре на входе не громоздились бы гора брендовых магазинных пакетов. Не уверен, что в данном случае это имеет значение, поэтому, встав из-за стола, направляюсь к поставке с кухонными ножами и достаю нож среднего размера.
Рассматриваю его, вертя в руке.
— Что ты делаешь? — Ника делает два шага в сторону, прижимаясь поясницей к столешнице.
Бросив на нее взгляд, спрашиваю:
— Ты знаешь, что вены нужно резать вдоль, а не поперек?
Примеряю нож к своему запястью, чуть резанув по коже.
Острый, зараза…
— Денис! — выкрикивает в панике.
— Хочешь попробовать? — интересуюсь, протягивая нож ей.
Сжав губы и громко дыша, она смотрит то на меня, то на него. Опять выгибаю брови, призывая ее не тормозить.
На ее щеках появляются красные пятна.
— Дать побольше? — спрашиваю ровно.
Злость в ее глазах меня не пугает. Я не слышал, чтобы самоубийства совершались от злости.
На ее пальце все еще присутствует кольцо, напоминая мне о том, как мастерски она умеет творить херню, но масштабы ее херни я могу проверить, только прощупав границы.
— Я оставлю его здесь, — кладу нож на стойку. — Развлекайся.
Развернувшись, направляюсь к выходу, больше не собираясь сюда возвращаться.
Резко оборачиваюсь на звук бьющегося стекла.
Осколки кофейной чашки добавились к тем, что остались от стакана.
Схватив нож, Ника заставляет меня испугаться, но только на секунду, потому что, размахнувшись, она швыряет его в стоящий на подставке сервиз.
— Кто она?! — орет, сбрасывая на пол форму с лазаньей. — Кто?!
Я не собираюсь отвечать. Единственное, на что я способен, проследить за тем, чтобы она случайно не поранилась.
— Думаешь, можешь просто так уйти к какой-то шлюхе?!
— Ника, — говорю вкрадчиво.
— Прекрати.
— Я подожду, когда ты натрахаешься, — тычет в меня пальцем. — Посмотрим, как ты тогда запоешь! Возьмешь ее с собой в Москву? Она в курсе, что ты уезжаешь?
Она наступает на охеренно больную мозоль, и я непроизвольно напрягаю челюсть.
— Мне пора, — бормочу, двигаясь к выходу.
— Ха-ха–ха… — смеется мне в спину. — А с родителями ее познакомишь?
Молча шнурую кроссовки, пока она продолжает вываливать на меня дерьмо, выскочив в коридор вслед за мной.
