— Ты разобрался с новым софтом? — обращается к отцу, меняя тему.
Ловлю на своем подозрительном лице внимательный взгляд его матери. Подняв руку, она неторопливо теребит свой кулон какое-то время, после чего прерывает их разговор и обращается ко мне:
— Карина, ты тоже собираешься в Москву?
Тоже?!
Кажется, ответ на этот вопрос интересует даже Влада. Он не поднял глаз от своего айфона, но я нутром чувствую, что он слушает.
У меня не получается спрятать растерянность.
— Я… эмм…"
"— Пошли, потанцуем, — мой парень дергает меня за локоть, поднимая со стула, как куклу.
Пока мы движемся к танцевальной зоне, в моей голове созревает один единственный вопрос, который озвучиваю, как только она подхватывает мою ладонь и сжимает рукой талию, заставляя впечататься в свое тело.
— Ты переезжаешь? — спрашиваю, подняв к нему лицо.
На шпильках я еле-еле достаю до его упрямого подбородка.
Меня обдает паникой. Такой ужасной, что впиваюсь пальцами в его плечо, прямо там, где бугрится каменный бицепс. Я уверена, что в глазах тоже паника.
Вокруг нас полно людей, но я даже музыки не слышу.
— Успокойся… — велит очень убедительно. — Все под контролем.
— Что под контролем?!
— У-спо-кой-ся, — проговаривает он. — Поговорим дома.
Дома?
Впившись глазами в выступающий над воротничком рубашки кадык, бездумно двигаюсь вслед на его телом. Он медленно раскачивает нас из стороны в сторону, но мы почти стоим на месте.
Я теперь не могу расслабиться.
Прокручивая в голове их разговор, снова поднимаю на него беспокойные глаза.
Это ведь не шутка.
Он переезжает! С перспективой обзавестись в столице жилплощадью, которая вместит всю его семью в случае необходимости.
А я?..
Что буду делать я?
Я не собираюсь переезжать. Я не могу оставить маму и Ваську! В нашей семье черная полоса, и она не рассосалась, только чуть притихла.
Он и не звал меня с собой…
— Ты слышала, что я сказал? — рушит он мои мысли, опустив лицо так, чтобы я наверняка его слышала за грохотом музыки вокруг.
— Ты много чего наговорил сегодня…
— Да, я человек-разумный.
Мне свойственно разговаривать.
— Не юродствуй… — выпаливаю сдавленно.
— А ты немного притормози свой трафик, — советует. — У тебя сейчас микросхемы сгорят.
— Я человек-разумный. Мне свойственно думать и анализировать!
Прикрыв глаза, он делает глубокий вдох, будто набирается терпения.
С ним мне тоже нужно много терпения, но ведь я смирилась!
— Дай мне два часа, — просит, встречая мой упрямый взгляд.
