Зато она сама не вытерпела. Пришла к нему. Только вот к этому моменту Стас уже занимался любовью – с ней, но во сне. Он спал, и никакая сила не могла вырвать его из объятий столь прекрасного сна...
Проснулся он только утром. Около десяти часов. Голова, как ни странно, легкая – как будто и не пил ничего. А рядом, свернувшись калачиком, сопела Симона. В избе тепло, поэтому покрывало откинуто в сторону. А она даже не в ночной рубашке, а в полупрозрачном пеньюаре. Такая соблазнительная и доступная...
Она как будто почувствовала его взгляд.
Открыла глаза, с упреком, но очень мило улыбнулась.
– Эх, ты, соня!
– Что-то проспал?
– Меня проспал... А я вчера была такая порочная...
– А сейчас? – не на шутку разволновался он.
– Ну, если ты меня крепко-крепко поцелуешь...
Вчерашний хмель из него выветрился. А желания остались. А Симона так жарко прижимается к нему, так призывно смотрит ему в глаза... Невозможно было устоять перед этим искушением. И Стас не устоял...
– Только нежно, – прошептала она и словно в ожидании чуда закрыла глаза.
Он должен был стать ее первым мужчиной. Поэтому он должен был действовать очень и очень осторожно, чтобы не перестараться...
Но чуда так и не произошло. Он уже готов был перейти последнюю границу на пути к полному обладанию любимой женщиной, когда к их дому подъехал и посигналил «уазик». А сигнал у Никиты не простой, как и сам автомобиль. «Крякалка» у него, такие сигналы ставят на машины с федеральными спецномерами.
– Крии-крии!.
.
Стас был так увлечен, что и не обратил бы внимания на этот скребущий по нервам сигнал. Но занервничала Симона. Свела ноги, сжалась внутренне...
– Это тебя!
– Никита, черт бы его побрал! – возмущенно протянул Стас.
Он готов был убить соседа. Такой момент обломал.
– Что ему нужно? – соскакивая с кровати, спросила она.
– Да в город договорились ехать, за лодкой...
– Ну так поезжай, в чем проблема?"
"– Так хорошо все начиналось...
– Так же хорошо и закончится, – многообещающе улыбнулась Симона.
– Сегодня же, но вечером. Возьми хорошего вина...
Никита ждал его в машине. Весело помахал ему рукой. Открытый взгляд, радушно-беспечная улыбка. Стас понял, что не может на него обижаться. В конце концов, он же не знал, какой процесс сорвал. А возможно, он и правильно сделал, что помешал поставить точку. Может, Симоне еще рано становиться женщиной...
– Ты какой-то смурной, – заметил Никита.
Машина плавно тронулась с места.
