Брат, стреляй первым!

Чтобы все пучком было. Да там и так все в полном ажуре. Служба безопасности в банке неплохая, охранники баклуши не бьют — все как надо у них. А Зяма и Аллюр здесь на тот случай, если братки со стороны нагрянут и к председателю в кабинет ломанутся. Вот их-то и должны они встретить грудью. Весь удар на себя принять. Или умереть под пулями, или «стрелку» зарубить.

Было дело, приходила братва залетная. Но в Зяму и Аллюра не стреляли. «Стрелку» через них со старшими забивали и сруливали. А на разборки боевые бригады выезжали.

Там Зяме и Аллюру делать нечего. Они ведь только бицепсами своими играть умели, ну в пятак под настроение могли насунуть. А чтобы что-то серьезное…

Зато перед девками крутых бандитов из себя строили. Своей принадлежностью к черняевской братве козыряли…

А вот в последнее время Зяме стало страшновато. Нет Кэпа. Нет Горбыля. Нет их советников, всех авторитетных пацанов в ментовку загребли. И просто «бы-. ков» пачками в СИЗО побросали. Мало кто остался. команда ослаблена, в любой момент наехать могут.

Круто наехать. Зяма «стрелку» забьет, не проблема. Проблема в том, что на разборку ему выезжать придется. Людей не хватает. Аллюра вот на другой объект перекинули. Ты, Зяма, типа, сам за все отдувайся… А отдуваться не хочется…

Зяма сидел в своем кабинетике, смотрел на экран монитора. И не сразу обратил внимание на четырех посетителей. Один мужчина уже в годах, с ним трое — как будто его телохранители. Все респектабельного вида ухоженные. Дорогие костюмы, располагающая внешность.

Как будто крупный бизнесмен со своей охраной за кредитом в банк явился.

Неладное почувствовал Зяма, когда четверка прямым ходом к председателю направилась. Слишком по-хозяйски они себя вели.

Он соскочил со своего места, метнулся вон из кабинета, рванул по коридору, пулей влетел в приемную. Секретарша с внешностью фотомодели поливала цветы, он врезался в нее, смял ее тылы. И без того коротенькая юбочка задралась кверху.

— Ой, Витенька! — развязно улыбнулась она. — Ты уж будь осторожен. Я ведь без трусиков…

Вообще-то, все у Зоечки было на месте.

Просто она любила вводить его в смущение. Знала, что он всегда хотел ее. Поэтому издевалась. А бояться ей нечего. Не тронет ее Зяма. Кэп ему голову оторвет, если вдруг председатель на него пожалуется.

Только сегодня Зяма не смутился. Кэпа-то ведь нет, далеко он.

— Это хорошо, что ты без трусья, — хмыкнул он. — Сейчас тебя выгребут…

Только он успел это сказать, как в приемную вошли подозрительные посетители.