Брат, стреляй первым!

— Вижу, что вы майор… Документы!

«Майор» вынул из кармана «корочки», развернул их, сунул под нос автоматчику.

— Майор Чикин, региональное управление по борьбе с организованной преступностью… Я имею распоряжение забрать с собой граждан Брайт…

— Ну наконец-то, — обрадовался автоматчик. — А то у жены сегодня день рождения, а мне тут всю ночь стоять…

Он отошел от двери, уступил свое место «майору». А затем и вовсе переместился за спины всей пятерки.

«Майор» позвонил в дверь. Тишина. Еще звонок. И снова никто не открывает.

— Да их никого нет! — послышался сзади голос сержанта.

«Майор» начал разворачиваться к нему… Как это никого нет?.. Тогда почему же здесь автоматчик?.. Мысли смешались в клубок, запутались…

Длинная автоматная очередь разрубила этот мысленный гордиев узел. Вместе с «майором» на пол улеглась и вся его свита. Один «сержант» своим мертвым телом заполнил меловой контур — все, что осталось от братка, которого убили на этом месте в прошлый раз…

Никита опустил автомат. Вызвал лифт и спокойно спустился вниз, вышел во двор.

Бермуда трясло как в лихорадке.

— Этот козел играет на опережение… Еще пять трупов… Если так дальше пойдет…

— Братва уже не хочет искать Ника, — сказал Черпак.

— Что?! — Будто ушат холодной воды на него вылили.

— Да что слышал… И я не хочу…

— Это что, бунт на корабле?

— Как хочешь, так и думай… Но хватит травить Ника.

— Шестнадцать! — взревел Бермуд.

Он выхватил из ящика стола револьвер и в приступе бешенства разрядил его в голову Черпака.

Бригадир упал, ковер под ним начал напитываться кровью. Бермуд сидел в своем кресле и в тупом оцепенении смотрел на него… Что же он наделал?..

Из транса его вывел телефонный звонок. Он автоматически взял трубку.

— Ну как дела, Бермуд? — Это был голос Ника. Бермуда передернуло от ненависти к нему.

— Это ты, сучара? — взвыл он.

— Я не сучара. Это ты сучара… Зачем Черпака замочил?..

Словно кто-то бревном приложился к его голове. В ушах у Бермуда зазвенело, голова закружилась, во рту пересохло. И спазмами сжало горло.

— Ты… Ты что несешь? — выдавил он из себя.

— Что я несу?.. Я смерть твою несу… Пока, козел, на этом свете ты со мной больше не встретишься…

Длинные, протяжные гудки впивались Бермуду в ухо, пронизывали мозг. Но он не в силах был убрать от себя трубку.