Вот ты мне нужен… Ну пошли, явно тебя бомбит, и ты горишь желанием что-то мне сказать.
Мама, бабушка и отчим по очереди обняли меня, пожелали хорошей дороги, и я отправился на выход. На улицу за мной вышел Марк.
— Чего ты меня сверлишь глазами весь обед? — повернулся я к нему, оставив на время чемодан. — Чё тебе надо?
— А то ты не знаешь! — Ответил он, враждебно подняв вверх подбородок. — И не стыдно тебе?
— А вот не стыдно, ясно?
— Это всё из-за Лены, да? Не можешь мне простить?
Ещё совести хватает самому МНЕ напоминать об этом.
Гадёныш.
— Не могу, — покачал я головой. — Никогда не прощу, что ты спал с моей женой. Но Лена тут ни при чём. Ангелина мне нравится.
— И поэтому ты уезжаешь и бросаешь её? — изогнул он бровь. — Хорош жених.
— Получше некоторых, — отбил я.
— Слышь, ты, — вдруг взял меня за ворот пальто Марк и дёрнул на себя. — Оставь её в покое! Ты с ней играешь, а я её люблю.
— Эй, полегче! Убери руки, — попытался я отцепить его пальцы от своей одежды, но он вцепился мёртвой хваткой и смотрел на меня волком.
— Вали и забудь о ней, — горячо говорил Марк. — Не звони ей. Я верну её, слышишь? Ангел моя. А ты не лезь! Наигрался с ней? Вот и проваливай в своё забугорье!
— И ты простишь её? — на миг даже оторопь взяла. Я не простил Лену в своё время. Просто не смог.
— Я люблю её, — тупо повторил он, будто для меня это должно стать шикарным объяснением.
Может, я мало любил свою жену? Вон как готов мне горло перегрызть за Ангелину Марк. Впрочем, я бы тоже перегрыз ему глотку, только мне нечем крыть.
Я улетаю, он остаётся, здесь, рядом с ней, готовый простить и завоевать её заново. Сделал это раз, сделает и ещё. Чего у меня не получилось. Не получилось добиться её. Может, в самом деле Ангел любит мелкого придурка? Сука… Такая женщина — и ему? Не заслужил. Недостоин! Так хочется прокатить его рожей по асфальту…
— Знаешь, куда иди? — резко схватил я его за шею и притянул к себе, чтобы он видел мои глаза. — Я сам решу, как с ней поступать.
— Сам пошёл на хрен! — выплюнул Марк мне в лицо.
— Ты её не получишь! Я всё сделаю, но с тобой она не будет.
— Но и с тобой тоже! Только посмей к ней сунуться — я тебя из США достану. Работы своей лишишься сразу же.
— А мне насрать! — Сказал он. — Может, я её больше денег люблю. Больше тебя, больше себя даже. Больше жизни.
— Какие красивые слова, — усмехнулся я. — Ты диктофон не забыл включить, чтобы потом дать ей послушать запись, где ты поёшь о великой любви?
Грубо отпихнул его от себя.
