Врачу сообщила, что приняла решение рожать, и она назначила все необходимые исследования, и сообщила, что всё хорошо, мне не о чем беспокоиться. Выписала витамины для беременных, которые я уже начала пить.
Я понемногу стала успокаиваться. Остался только один нерешенный вопрос — Марк. Мне бы хотелось донести, что я ему благодарна за помощь, но сближаться с ним не хочу. Я не буду с ним — ни с ребёнком, ни без ребёнка. Хватит уже этого спектакля. Люба была права, когда сказала, что не нужно держать возле себя чужое счастье, если я не люблю.
К тому же после Марата я не могу представить, что меня касается кто-то другой… Наверное, я и правда влюбилась в него, хоть и обзывала в сердцах козлом.
Марк иногда звонил мне, мы говорили ни о чём. Не поворачивался язык сказать, чтобы не звонил. Но, кажется, иного выхода нет, и мне придётся так сделать, чтобы не давать больше ложных надежд.
В тот день, когда Марк вернулся из командировки, я была на выходном. Тогда он снова позвонил мне.
Спросил, как дела, мы опять поговорили ни о чем. А потом Марк пригласил меня на ужин. В ответ я молчала, обдумывая его предложение. Это хорошая возможность все же расставить все точки над ""i"".
— Ну что такого, Ангелин? Дружеский ужин. Я работу потерял, а ты не хочешь со мной просто кофе выпить.
— Хорошо, я приеду, — приняла я решение. — Мне всё равно с тобой надо поговорить.
___
МАРАТ.
— Да, мам, слушаю, конечно… Я понимаю, но почему я должен с этим разбираться, он взрослый уже.
Ладно, хорошо, позвоню.
Завершил звонок и откинулся на спинку кресла. Это не младший брат, а проклятье. Почему мама просить меня говорить с ним? Собственно, я знаю почему — только моя звездюлина способна встряхнуть мелкого придурка.
Налил себе виски после тяжелого рабочего дня. Поехать бы отдыхать, но сначала придётся звонить Марку. На часах уже десять вечера, а я всё ещё не дома, и Диана здесь торчит из-за меня. На начальном этапе бизнеса очень много задач.
За это она, конечно, получит неплохую прибавку к зарплате. А в России день в самом разгаре. Набрал номер брата. Пошли длинные гудки.
— Алло, — поднял он трубку. — Какие люди в Голливуде.
— Какого хрена тебя увольняют? — спросил я сходу.
— А где ваше ""здравствуйте"", где ""как дела""? — ответил он.
— Не ёрничай, — остудил я его. — Ты прекрасно знаешь, что сам тебе я бы не позвонил. Мать просила с тобой поговорить. И помочь, если я могу.
