Через час полк вышел на подходы к реке Березине. Впереди не стихала канонада. Ожидали, что самоходки с ходу бросят форсировать реку, однако был получен приказ – временно остановиться.
После непрерывных боев и гибели товарищей многие не скрывали облегчения. Однако каждый понимал, что передышка будет недолгой. Наступление набирало обороты, и останавливать его не собираются ни на один день.
Глава 6. Бой за высоту
После выхода наших войск на Березину линия фронта в Белоруссии представляла собой гигантскую дугу протяженностью более трехсот километров.
Фланги немецкой обороны были глубоко охвачены советскими войсками.
Подвижные танковые соединения уже приблизились на сто с небольшим километров к Минску. Отступавшие немецкие части, оказывая упорное сопротивление, не могли оторваться от советских войск Немцев били в спину и с флангов, нанося большие потери.
Командир самоходно-артиллерийского полка Борис Тюльков знал, что ему в числе других частей 3-го Белорусского фронта предстоит в ближайшее время форсировать Березину и вести дальнейшее наступление.
Машины стояли замаскированные в сосновом лесу. Еще одна самоходка выбыла из строя, а позади остались новые могилы товарищей. Командир десантной роты Саша Бобич вместе с Карелиным наблюдали в бинокли за рекой. По единственной переправе потоком двигались отступающие немецкие войска.
Шестерка штурмовиков «Ил-2» пронеслась над мостом на небольшой высоте и сбросила бомбы. Переправа была окружена сплошным кольцом зенитных пушек и крупнокалиберных пулеметов.
Счетверенные 20-миллиметровые автоматы скрестили пучки трассирующих снарядов на штурмовиках.
Броня неплохо защищала самолеты, но, чтобы поразить бомбами и ракетами узкую переправу, штурмовикам приходилось снижаться до бреющей высоты в двести метров – смертельно опасное расстояние.
Счетверенная установка поймала в прицел один из самолетов. Снаряды хлестнули по капоту, кабине, вспыхнул мотор. Пилот был убит, и горящий штурмовик, не выходя из пике, рухнул в реку, подняв столб воды и обломков.
"
"Другой «Ил-2» с рваными пробоинами на крыле терял управление и высоту. Встречный поток выворачивал крыло. Снаряды 37-миллиметровой зенитки врезались в корпус возле хвостового оперения, почти переломив машину надвое.
Прыгать экипажу было поздно, и пилот сделал отчаянную попытку приземлиться. Самолет сорвался в штопор и взорвался неподалеку от моста.
– Ладно, идем, – сказал Карелин. – Нам не легче придется.
Восточный берег реки представлял «слоеный пирог».
