Правда, он кому-то заслонил солнце – недавно взорвали его «Мерседес» и сожгли дотла театр-студию, но я решил, что наше заведение только за проигрывание песен Новикова взрывать не станут. Да и не хотелось, чтобы его популярность среди моей клиентуры падала. К тому же Александра знал лично, встречались неоднократно в этапке следственного изолятора Екатеринбурга. Судили нас одновременно в восемьдесят пятом. Только меня на четвертом этаже облсуда по сто второй, а его на третьем по девяносто третьей.
Прошел к Петровичу, и мы успели сыграть с ним три партейки в нарды, пока вернулись мои мальчики.
По их довольным мордам и по тому, как они вальяжно устроились в креслах, усек, что дело выгорело и на этот раз обошлось без проколов.
Цыпа с важным видом разложил на журнальном столике пачки дензнаков, а Киса чуть расстегнул «молнию» кожанки, засветил короткоствольный «узи».
– И боезапас у него приличный, – радостно сообщил он, – россыпью в чемодан чуть не полста кассет нагребли.
Петрович, проделав хитроумные манипуляции с подоконником, выдвинул его из стены, обнажив довольно объемный, пустой в настоящее время, тайник.
– Разгружайся. Или ты военный переворот замыслил?
Киса с большой неохотой расстался с «узи», уложив его и тяжеленный чемоданчик в тайник.
– Сегодня у нас зарплата. – Я невольно усмехнулся. – Соблюдем проформу. – Я придвинул каждому из присутствующих по пачке. – Осталась последняя, для Ксюши. Фунтик, замени ее за стойкой, а ее зашли сюда.
– Только рабочую одежду у нее не отнимай. А то твои худые волосатые ноги смахивают на куриные.
Да и выпирать у тебя будет совсем не с той стороны, с которой любят наши клиенты, – съязвил Киса.
Я давно уже заметил, что бабки, пусть и небольшие, всегда поднимают у него тонус и пробуждают потуги к юмору.
Ксюша вплыла в администраторскую, шутливо отдала нам честь, приложив ладошку к милицейской фуражке, и вопросительно взглянула на меня.
– Твоя зарплата, – я кивнул на сиротливую пачку на столике. – После распишешься в ведомости у Петровича.
– Евгений Михайлович, я с пивной пены больше снимаю.
Да и сдачу, как знаете, с меня почти никто не требует. Честное слово, мне даже неловко. Это я должна вам отстегивать ежемесячно за это золотое дно. – Ксюша кокетливо одернула китель, специально пошитый коротким, так что при всем желании скрыть ее прелести он был не в состоянии.
– Когда понадобится, отстегнешь, а вернее, расстегнешься. – Я ласково пошлепал ее главную достопримечательность.
– О чем разговор, мальчики.
