Кто еще?
Через полчаса «черный» список возможных дятлов был сочинен и составил девять человек, в основном метрдотелей и официантов заведений фирмы.
– Ладушки! – подвел я итог нашим общим стараниям. – Теперь основное. Надо подобрать такую наживку, чтобы выудить из мутной воды стукача на свет Божий. Есть мыслишки? Только без излишней стрельбы и пыток, пожалуйста.
Сразу жестко ограниченный мною в своих привычных любимых методах, Цыпа надолго задумался, попыхивая уже вторым косяком из портсигара. На халяву и уксус сладкий, а не то что высококачественная чуйская «травка».
– Нужна очень убедительная «деза». И каждому подозреваемому своя. Тогда нам не составит труда вычислить, откуда капает, – пришел я на помощь Цыпе, так как ясно было, что ничего путного он все одно не родит – в обозримом будущем, по крайней мере.
– Что-то о наркотиках, – проявил сообразительность телохранитель. – К примеру, будто на подходе груз и встреча с курьером там-то. По месту, где будет облава, мы махом определим автора утечки.
– В цвет! – одобрил я.
– Идеально беспроигрышный вариант. РУОП ни за что не упустит случая отличиться и захватить целиком партию опия.
– Тем паче, сейчас как раз идет широкая кампания по борьбе с наркобизнесом, – поддакнул, ухмыляясь, Цыпа, очень довольный похвалой.
– Ладушки. Опрокинем каждому кадру из списка одинаковую информацию, но с разными местами «стрелки». Я возьму на себя метрдотелей, а ты официантов.
– Дак их же в три раза больше, чем метров, – попытался слабо протестовать соратник, но тут же дисциплинированно стушевался.
– Хорошо. Сделаю в лучшем виде.
Обсудив детали акции, чтоб ненароком у нас не совпали адреса сделок, мы поехали в клуб «У Мари» восполнять обедом ту чертову уйму калорий, что потеряли на тяжких, особенно для Цыпы, умственных упражнениях.
В это время ресторанный зал закрывался на перерыв, так что насыщались мы в гордом одиночестве, дуэте, точнее. Не дождавшись меня к себе, Мари спустилась в зал из своей комнаты на втором этаже.
– Что-то случилось, Женик? – обиженно-капризно надула чуть припухлые губки зеленоглазая стриптизерка.
– Почему не у меня кушаешь?
– Кушают чай, а я ем! – не утерпел я от поучения. – Не поднялся к тебе, так как дел невпроворот. На любовь минуты свободной нет. Может, вечером удастся покувыркаться. После девяти. Небольшая работенка предстоит – посылочку надо встретить с ташкентского поезда.
– Тогда прощаю, – милостиво улыбнулась Мари, в своем воображении, наверно, считавшая себя моей гражданской женой.
