Хотя работа его уже была ими оплачена в кассе ЖКО. Ну не кретины ли? Но эта широта души населения микрорайона начинала пагубно сказываться на здоровье сантехника. Руки Гришки тряслись, морда посерела, а глаза почти полностью спрятались в безобразно опухших щеках и веках.
Младший лейтенант сантехником не интересовался и встреч не искал. Прокладки, смесители и унитазы были ему до лампочки. Но все в одночасье круто изменилось в судьбе спивавшегося Гришки. Первый раз за девять месяцев, что он ходил по вызовам, привелось ему менять батареи отопления в одном из номеров гостиницы «Кент».
Там случайно и столкнулся нос к носу с Монахом, на складе которого работал уборщиком в начале своего лагерного бытия. Разговорились, неожиданным следствием чего явилось предложение выбросить клеенчатую сумку сантехника и перебраться в гостиницу на приличную по нынешним меркам должность официанта.
– Лишь месячишко в официантах позажигаешь. Если все будет путем, и пить по-черному завяжешь, то смело рассчитывай на место метрдотеля.
Махом вылезешь у нас из грязи в князи, – прощаясь, дружески ударил его в плечо Монах, оказавшийся хозяином «Кента».
Без малейшего сожаления Гришка рассчитался с ЖКО и переселился из душной сестриной кладовки в гостиницу по месту новой трудовой деятельности. Впрочем, памятуя о доброте сестренки, продолжал регулярно ее навещать. И не пустой. В качестве скромного презента подносил сестре то духи, то тортик, а мужу ее стабильно одно и то же – горячо любимый тем портвейн «две семерки».
Изменившиеся в лучшую сторону внешний вид и социальный статус Григория, видно, произвели впечатление даже на соседку сестры Светлану, молоденькую разбитную деваху, каждый вечер приводившую к себе на хату новых кавалеров, отловленных ею у валютного ресторана «Орбита». Будучи еще бойцом сантехнического фронта, Гришка неоднократно пытался подбивать к этой миловидной шалаве клинья, но та лишь смеялась, бросая насмешливо:
– Когда тебе повезет отыскать в каком-нибудь унитазе сто баксов – тогда и поговорим о чувствах.
А бесплатной любовью занимайся с Дунькой Кулаковой."
"Но нахальному совету прибегать к онанизму Гришка не следовал. Благо в ЖКО нашлась бабенка без комплексов и не жадная, хоть и кассиршей работала. Отказов от нее никогда не было. Гришка каждый день в обеденный перерыв трахал любвеобильную кассиршу, уложив животом на ее же письменный стол.
