Впрочем, возможно, его просто задело за живое неожиданное известие о любовнике-конкуренте.
– Боюсь, если женишься, серьезные личные проблемы возникнут у тебя. Директор мужик крутой и весьма несдержанный в поступках, когда покушаются на его собственность, – сочувственно сказал я. – Ты, как мне кажется, далеко не глуп и в меру сообразителен... Жарко что-то. Не возражаешь, если я куртку сниму?
Цыпа махом просек мою нехитрую мысль и тоже скинул куртку, повесив ее себе на руку.
Валера, смешно моргая, воззрился на нашу мощную подмышечную артиллерию, как кролик, увидавший сразу семейство удавов.
– Кажется, ты полностью уяснил фатальность ситуации, – с удовлетворением отметил я, снова надевая куртку. – Так что решай сам и добровольно. Стоит ли милую малышку делать вдовой сразу после свадьбы? Неинтеллигентно как-то...
Подойдя к двери, я обернулся:
– И еще! Не советую, земляк, про нас Мариночке говорить. Она может подумать, что ты просто-напросто испугался... Спокойно, по-доброму расстаньтесь.
Удачи в обувных махинациях!
Весь обратный путь до Екатеринбурга я мирно продремал на заднем сиденье «волжанки». От сегодняшней сплошной говорильни устал больше, чем после вчерашней оргии у Вики.
4Проснулся с чувством какого-то дискомфорта. И сразу понял, в чем дело. Из прихожей доносился богатырский храп телохранителей. Вот любопытный момент – чем ближе человек к животному, тем естественней в своих проявлениях. Нахальные звуки из прихожей – наглядное тому подтверждение.
И одновременно опровержение народной пословицы, гласящей: «Нечистая совесть спать не дает». Цыпины костоломы все поголовно мечены кровью, но бессонницей почему-то вот не страдают.
По пути в ванную заглянул на балкон. Надувной матрац был пуст. Неугомонный Цыпа уже успел куда-то слинять.
После контрастного душа тело мое окончательно скинуло с себя сонную вялость и было снова готово верой и правдой служить своему хозяину.
Решив поощрить любимый организм, я разбил в сковородку на пару яиц больше, чем обычно.
А на бутерброд с маслом положил не сыр, а щедро-толстый слой красной зернистой икры.
Я в общем-то не любитель деликатесов, отношусь к ним равнодушно. Икры же держу в холодильнике изрядный запасец исключительно для проглота Цыпы. Он ее прямо обожает – голодное детство, наверно, сказывается.
Так как храп вдруг резко прекратился, я понял, что вернулся Цыпленок и сразу навел благоприятный порядок в рядах своих подопечных.
