Старик, вылетев на берег озера Балтым, засуетился, явно не зная, куда бежать дальше. Но в нерешительности он пребывал недолго. Заслышав за спиной прерывистое дыхание преследователя, не оглядываясь, кинулся вправо. Но снова укрыться за спасительными стволами деревьев так и не успел. Свинцовая пуля в медной оболочке как тяжелой дубиной ударила колхозного бухгалтера в поясницу. Ноги у него враз отнялись, и он кубарем покатился по земле. Портфель отлетел в сторону, застряв в когтистых лапах куста боярышника.
При виде беспомощно суетившегося в высокой траве старика, Василий вдруг растерял весь свой охотничий азарт и резко остановился, словно на невидимую стенку натолкнувшись. Раненый слабо сучил конечностями, то ли пытаясь подняться на ноги, то ли уползти куда-то. Он узнал своего палача, изумленно вытаращив бесцветные глаза, даже стонать почти перестал.
– Ягодин?! Что же ты творишь, гад? Я ж тебя слагать-вычитать выучил!
Старикан не заговаривался и не врал. Бухгалтером в колхоз он устроился лишь после выхода на пенсию, а до того четыре десятка лет учительствовал в младших классах сельской школы.
– Хо-хо! Вот Васька и вычитает тебя из жизни! – язвительно рассмеялся подошедший Михаил. – И складывать скоро будет – денежки колхозные. Так что не переживай зазря. Все тип-топ. Арифметика твоя на пользу брательнику пошла! Голову даю на отсечение – Васька в счете не промахнется! Отличник!
Но бывший учитель уже ничего не слышал, судорожно выгнувшись всем телом, он закатил глаза и потерял сознание.
– Добей! – жестко велел Михаил. – Чего старикашке зря мучиться? И поровну у нас выйдет: за тобой эта бухгалтерская крыса, а за мной водила. По справедливости!
Василий передернул затвором, засылая патрон в ствол и, невольно зажмурившись, спустил курок. Второй свинцовый заряд, полученный стариком в упор, порвал последнюю слабую ниточку, за которую еще цеплялась жизнь подранка. На впалой груди сразу умиротворенно затихшего бухгалтера быстро расползалось малиновое пятно с черной обуглившейся дыркой посередине.
– Чего застыл памятником? – недовольно-презрительно скривил губы Михаил, взведя курок своей «тулки». – Сейчас будем прятать концы в воду!
Ткнув стволом ружья в живот мертвого старика, произвел одиночный выстрел и, отвечая на немой вопрос Василия, пояснил:
– Бросим старикашку в озеро. Тут водоворотов навалом. Течением утащит на глубину, а с дырявым животом труп уже никогда не всплывет.
