Предъявите водительские права! – казенным тоном сказал тот, раскрывая свой засаленный блокнот.
Из магазинов выскакивали люди.
– Держите! Держите бандитов! – вопили они.
Милиционер кинулся на стоявшего к нему ближе всех Артиста.
– А-а! Легавая падла! – прохрипел тот и дважды выстрелил. – Получай, сука!
Потом-то я узнал, что целил он в ноги, но от отдачи ствол увело вверх, и одна пуля угодила менту в живот.
Сержант продолжал по инерции бежать, но вот ноги его подкосило, лицо исказила судорога боли, и он рухнул под ноги Жоре.
Тот, видно, в шоке застыл перед телом с опущенным пистолетом.
Серый дернул его за плечо, круто разворачивая:
– Сматываемся, короче! Заметут же!
Жора, очнувшись, встрепенулся и бросился к мотоциклу. Моторы завелись с пол-оборота. Мотоциклы взревели и сразу взяли предельную скорость.
Проскочив несколько улиц, мы уже были на центральном перекрестке. Здесь из-за плотного встречного движения сбавили обороты. На стоянке пристроили мотоциклы в разных концах и поодиночке просочились в парк.
Встретились на старом облюбованном месте у скамейки. Отсутствовал только Артист. Минут через десять появился и он. Карманы его пиджака заметно топорщились. По контурам было ясно, что это винные «бомбы» по ноль восемь.
– Для профилактики необходимо срочно промыть мозги, – мрачно сказал он и выставил на доски скамейки две бутылки «Волжского». – Черт бы побрал поганого мента! Надо же – так не вовремя нарисовался!
Жора необычно долго возился с полиэтиленовой пробкой, но вот наконец, справившись, стал жадно, не отрываясь, пить.
Серый, завладев второй бутылкой, последовал его примеру.
– Не стоило палить, Жора! Мент был без оружия, к тому же совсем зеленый. И без пушки бы его уделали! – передавая вино Дантисту, заметил он.
– Да? Много времени у меня оставалось прикидывать, болван? – Артист, утолив жажду, передал наполовину опустошенную бутылку мне.
Серый, закуривая, усмехнулся:
– Не кипятись, Жора! Нас не найдут. Номера на мотоциклах были замазаны грязью, и зацепок у ментов просто-напросто нету.
– По теории, конечно. Но кто их знает... А у вас там что за крики были, Серый?
– Да ерунда! – пренебрежительно отмахнулся тот. – Продавщица на руке повисла, и я врезал ей в ухо, чтоб не больно усердствовала.
– А я думал – ты перышком ее.
– Вот еще! Зачем к грабежу «мокруху» еще вешать. Это ж верная вышка! Прости, Жора, я не про тебя говорил.
Дантист, в полминуты разделавшись с бутылкой, зашвырнул ее в кусты.
– Отлегло чуток! Ну и натерпелся я...
