Брегет хозяина Одессы

И полусонным стрелкам леньВорочаться на циферблате,И дольше века длится день,И не кончается объятье.Последнюю строчку она произнесла с особенной интонацией, наверное, чуть мягче и задушевнее, чем другие.

– Ну как? – спросила Рита Сергея, внимательно слушавшего. – Теперь ты понял?

Он посмотрел на нее и заморгал:

– Понял? Что я должен был понять?

Она недовольно скривилась:

– Ты вообще понял, о чем стихотворение? Почему оно называется «Единственные дни»?

Ивашов покачал головой:

– Наверное, я что-то упустил, но мне кажется, что дни солнцеворота – это дни равноденствия.

– Вот именно! – Рита подняла вверх указательный палец. – Дни равноденствия. А теперь давай попробуем по-другому взглянуть на записку отца. Крым, место силы, Стоунхендж, дни равноденствия. Последнее очень важно, оно оказалось ключом к разгадке. Жаль, что я поздно это поняла.

Ивашов подался вперед и спросил, задыхаясь от волнения:

– Ты знаешь, где находится тайник?

– Знаю, почти уверена, – проговорила она и победно вскинула на него свои черные глаза.

 – Если мы и там ничего не найдем, я сдаюсь. Плохой из меня геокешер.

Он схватил ее ладони в свои:

– Расскажи… Умоляю, не молчи.

– Я виновата в том, что сама направила наши поиски не в то русло, – начала девушка, покраснев, – я изначально отмела менгиры, хотя их тоже называют крымскими Стоунхенджами. Видишь ли, в записке было сказано о храмах, но только теперь до меня дошло – по мнению ученых, они возводились на месте древних святилищ.

Сергей почувствовал, как покрывается потом:

– Продолжай.

– В Крыму есть один менгир, Бахчисарайский, который считают древней обсерваторией, – говорила девушка. – Напротив этого менгира в скале вырублен грот, в гроте есть круглое отверстие. В день весеннего солнцестояния солнечный луч единственный раз в году через отверстие попадает на вершину менгира. Я думаю, что твой отец спрятал что-то в гроте.

Ее слова показались Ивашову убедительными. Он стукнул по рулю и скомандовал:

– Поехали."

"Круто развернувшись, машина полетела в обратном направлении.

Сергей давил на педаль газа в радостном предвкушении разгадки тайны. Дорога была почти пустая, и когда он разглядел в зеркало заднего вида черный джип, это его не насторожило. И только через десять минут, когда машина стала прижимать его к ограждению, словно пытаясь спихнуть в пропасть, Сергей ощутил физический страх. Рита перехватила его взгляд и прошептала:

– Это они?

– Скорее всего, – пробурчал он. Страх уступил место возмущению.